Июль 2009 года

02 июля 2009

1 июля — 205 лет со дня рождения Жорж САНД (наст. имя — Аврора Д ю п е н; 1804-1876), французской писательницы.

Будет разумнее начать с конца: когда Аврора Дюпен, в замужестве — Дюдеван, в сознании потомков — яростная феминистка Жорж Санд доживала последние годы в любимом поместье Ноан среди родных и близких, она превратилась в добродетельную бабушку. И написала сказки, изданные у нас под названием «Собака и Священный цветок». Эти сказки (по объёму) составляют одну сотую (а может, и тысячную!) из бесконечного творческого наследия самой одиозной дамы XIX века, писавшей по два-три романа в год («Я наивная гениальная женщина, которая приносит романы, как персиковое дерево приносит розовые цветы…» — Жорж Санд о себе).
Получить удовольствие от этих многословных «розовых цветов» удаётся не всем — ни в девически-нежном, ни, тем паче, в зрелом возрасте. Ограничимся традиционными библиографическими советами и рекомендациями «с чужого плеча». Согласно этим рекомендациям, в круг подросткового чтения входят романы «Консуэло», «Графиня Рудольштадт», повесть «Мастера мозаики», посвящённая эпохе Возрождения, и — если понравится — всё пятнадцатитомное Собрание сочинений «женской прозы» позапрошлого столетия.

4 июля — 205 лет со дня рождения Натаниеля ГОТОРНА (ХОТОРНА; 1804-1864), американского писателя.

«Он обладает самым чистым слогом, самым тонким вкусом, самой полезной эрудицией, самым тонким юмором, самой большой трогательностью, самым светлым воображением, величайшей изобретательностью, и со всеми этими достоинствами он преуспел в качестве мистика», — так писал Эдгар Аллан По о Натаниеле Готорне. Причём писал в 1847 году, то есть ещё до появления самых знаменитых романов «Алая буква» и «Дом о семи фронтонах».
Потомок строгих пуритан, дальний, но всё-таки родственник человека, судившего когда-то «салемских ведьм», Готорн унаследовал одержимость вопросами нравственными, проблемами совести человеческой. Только отвечал он на эти вопросы не так, как тогда «было положено», а по-другому, по- своему: например, в «Алой букве» женщина, тайно родившая ребёнка от священника, способна вырастить прекрасную дочь, а сам священник умирает у позорного столба. Правда, покаявшись…
На русский язык романы и рассказы Готорна переведены не слишком обильно. Но сочетание понятий «мистика», «фантастика», «аллегория» весьма привлекательно для современного читателя, особенно если перед ним оригинальный автор, умеющий изобразить тайну.

6 июля — 90 лет со дня рождения Бориса Исааковича БАЛТЕРА (1919-1974), русского писателя.

Главная и, в сущности, единственная книга Бориса Балтера «До свидания, мальчики!» была напечатана в журнале «Юность» в 1962 году и совпала со своим временем, как листопад совпадает с осенью или зелёные почки — с весной. Это повесть о молодом счастье, рассказанная человеком, который уже знает, как плохо всё кончилось. Почти двести страниц будет светить солнце, шуметь море, трое прекрасных юношей будут жить, дружить, мечтать, ждать любви. И только одной строкой автор вдруг, почти ненароком, скажет, что Витьку убили на фронте, Сашка сгинул по «делу врачей», а рыжая Инка так и осталась провожать поезд, увозивший мальчишек из родного города во взрослую жизнь, о которой они так мечтали и которая их так обманула.
В русской литературе есть много рассказов о юности. Этот — один из лучших.

7 июля — 125 лет со дня рождения Лиона ФЕЙХТВАНГЕРА (1884-1958), немецкого писателя.

Поклонники исторических романов, которые умеют смаковать подробности, запоминают все перипетии больших и малых событий, слушают, как музыку, затейливые иноземные имена действующих лиц и всерьёз озабочены достоверностью повествования — вот такие читатели полюбят книги Лиона Фейхтвангера. Сначала — «Безобразную герцогиню», потом — «Испанскую балладу» или даже «Гойю»…
Чтение будет волнующим. В каком бы веке — XIV-м, XII-м или любом другом — ни разворачивалось действие, обитают в романах Фейхтвангера живые люди, исполненные переживаний, страстей и тонкой игры ума.
Прямого отношения к детской литературе этот автор не имеет, но его объёмные, детальные повествования помогают молодому читателю почувствовать себя взрослым, серьёзным человеком.

8 июля — 75 лет со дня рождения Никиты Евгеньевича ЧАРУШИНА (1934-2000), русского художника, иллюстратора детских книг.

Звери и птицы Никиты Чарушина похожи на зверей и птиц Евгения Чарушина, как дети похожи на отца. Даже коллеги-художники иногда не могут точно определить автора иллюстраций, пока не посмотрят на инициалы. Есть замечательное воспоминание Мая Митурича о том, как он рассматривал новую «чарушинскую» книгу и удивлялся: в чём дело?.. почему рисунки совсем «иначе легли на бумагу», кажутся «ярче и сочнее», а вся книга будто бы помолодела?..
Работы Никиты Евгеньевича Чарушина и вправду стали прямым продолжением совершенно особой манеры, с которой пришёл в детскую книгу его отец. Слово «анималист» — слишком холодное, оно не годится для пушистых и глазастых чарушинских зверушек, для мягкого сплетения листьев и трав, где они обитают. Сам Никита Евгеньевич предпочитал называть себя и отца удачно придуманным словом «природники». «Художники-природники» — то есть люди, которые не «просто срисовывают всё подряд с натуры», но воспринимают своё посредничество между искусством и природой, как высокое доверие и высокую нравственную миссию.

9 июля — 55 лет со дня рождения Сергея Георгиевича ГЕОРГИЕВА (р. 1954), русского писателя.

Весёлые и добрые истории для маленьких детей никуда не делись. Они живы. Они до сих пор иногда встречаются в дебрях современной детской литературы. Нужно только места знать. В этих правильных местах водятся Пузявочки, Кузявочки и Бузявочки, носятся, пугая собак, «толпы одичавших бутербродов», а если солнышко вдруг замёрзнет в луже прямо на асфальте, можно полить холодную лужу из горячего чайника, чтобы солнышко согрелось.
У Сергея Георгиева много книжек, буквально переполненных весёлой добротой и ласковой фантазией. Лучше всего удаются ему сборники коротких, очень коротких, совсем коротеньких рассказиков: знаменитые «Пузявочки», «Домик солнечного зайца», «Один мальчик, одна девочка», «Укротитель сиреневых бегемотов», наконец, появившаяся уже в нынешнем году книжка «Когда я стану взрослым» из серии «Школа прикола»…
Да что говорить! Близкими знакомыми писателя смело могут назвать себя даже те нехорошие мальчики и девочки, которые книжек вообще не читают, а только смотрят «Ералаш», где несколько лет работал Сергей Георгиевич.

10 июля — 90 лет со дня рождения Пьера ГАМАРРА (р. 1919), французского писателя.

В Интернете Пьер Гамарра — взрослый писатель, автор приключенческих и даже чуточку фантастических романов. Читая про убийцу, который тем не менее получил Гонкуровскую премию, никто и не догадается, что все эти востребованные сочинения в своё время были лишь небольшими эпизодами в творчестве французского литератора, которого очень любили в Советском Союзе совсем по другому поводу.
Активный участник антифашистского подполья, коммунист, журналист, борец за мир Пьер Гамарра написал множество беллетристических и публицистических произведений, которые в полной мере выражали его взгляды. Но в молодости Пьер был сельским учителем, и, может быть, поэтому, кроме взрослого, есть ещё детский писатель Гамарра, твёрдо веривший, что главный залог успеха — это сюжет.
Восторженные комментаторы советских времён видели в его детских книгах «волшебство повседневности». Неудивительно. Если человек, ни в чём себе не отказывая, три книжки подряд называет без лишних затей «Тулузская тайна», «Тайна реки Берлюретты» и «Тайна Пернатого Змея», значит он и вправду настроен романтически.
Особое хождение среди наших юных читателей имела когда-то «Тайна Пернатого Змея». Это история двух простых мальчишек из горной деревушки. В скромном постояльце местной гостиницы друзьям мерещится настоящий ацтек, пришелец из прекрасного далёкого мира, где каждую минуту звучат волнующие слова: Теуантепек… Кецалькоатль… Разумеется, незнакомец оказывается просто писателем, который в конце истории просто дарит ребятам свою новую книгу под названием «Пернатый Змей». После чего на берегу родной речушки дети восторженно разглядывают чудесную обложку.
Можно было бы только порадоваться такому симпатичному волшебству повседневности, если бы не одна деталь. Повествование ведётся от первого детского лица, и деревенский парнишка говорит буквально так: «Припоминаю, как в тот вечер я сидел у весело потрескивающего в очаге огня. У моих ног, переливаясь множеством цветов, горели, искрились, завораживая меня, раскалённые угли…»
В порыве энтузиазма один из комментаторов сравнил Пьера Гамарра с Аркадием Гайдаром. Пожалуй, он поторопился.

11 июля — 120 лет со дня рождения Юрия Павловича АННЕНКОВА (1889-1974), русского художника, книжного графика.

Сын своего отца, члена организации «Народная воля», Юрий Анненков вошёл в начало XX века таким решительным и мощным шагом, каким входят победители. Это он сделал иллюстрации к поэме А.Блока «Двенадцать». Даже не иллюстрации, а, по словам самого поэта, «параллельный графический текст». Первое издание 1918 года вышло в свет так называемым библиофильским тиражом в триста экземпляров, и двадцать пять из них были раскрашены от руки.
Произошёл настоящий читательский бум. Издательство не растерялось и в том же году напечатало поэму ещё два раза, уже по десять тысяч экземпляров. А на следующий год в Москве молодой актёр А.Кторов прочитал Блока при большом скоплении публики и «в сопровождении специально раскрашенных для этой цели художником иллюстраций, которые проецировались на экране, увеличенные до размера плакатов». Режиссёром этой «экранизации» был сам Юрий Анненков.
Вскоре появляются его портреты — большая графическая серия, которая заняла в нашем изобразительном искусстве совершенно особое место. Причин для этого две: состав портретируемых и манера исполнения. Кто-то сказал, что Анненков сумел раскрыть «формулу» лица. Это истинная правда. С тех пор потомки могут встретиться лицом к лицу с литературой и политикой времён большого русского взрыва. Перед нами Ахматова, Блок, Ходасевич, Хлебников, Горький, Чуковский, Шкловский, Замятин, Ленин, Троцкий, Керенский… Какая уж тут детская литература!
Между тем, художник Анненков мечтал проиллюстрировать поэму Корнея Ивановича Чуковского «Крокодил». Строгий Чуковский отверг эскизы и предпочёл художника Ре-Ми. Зато в 1923 году появился «Мойдодыр», где Юрий Павлович, как говорится, взял своё. Если вы найдёте эту книжку, недавно (к счастью!) факсимильно переизданную, вы увидите, что у привычного «Мойдодыра» есть подзаголовок: «Кинематограф для детей». Именно так и поступил Анненков. Какая там «динамика»! Это заскорузлое слово кажется дохлой черепахой в сравнении с тем, что творится на страницах книжки. Всё бежит, летит, плещет, хлещет и, того гляди, рванёт с бумаги прямо в читателя. Это не только темперамент художника. Это темперамент времени.
Больше к детской литературе Юрий Анненков не возвращался. В 1924 году он уехал в Париж, прожил там пятьдесят лет, успешно работал как художник театра и кино, даже получил за это «Оскара». Стал немножко писателем, и его мемуары «Дневник моих встреч» — прекрасный аккомпанемент к уникальной серии портретов.

11 июля — 110 лет со дня рождения Элвина Брукса УАЙТА (1899-1985), американского писателя, журналиста.

Дружить могут все со всеми: девочка с поросёнком, поросёнок с паучихой, люди с мышонком, мышонок — с птичкой… Причём надо иметь в виду, что мышонок — настоящий член человеческой семьи: старший брат — мальчик, а младший — мышонок. И ничего тут особенного. Ну маленький, ну хвостатый… Зато какой умный, честный, заботливый, благородный, смелый, верный, чистоплотный и даже элегантный!
Говорят, коллеги Э.Б.Уайта, если им случалось заболеть, хотели читать только взрослые статьи и книги именно этого автора. Для выздоровления. Такому милому анекдоту очень хочется верить, потому что две главные детские книжки доброго американца — «Стюарт Литл» и «Паутинка Шарлоты» — действительно примиряют с жизнью. Они простые (так и хочется сказать: по-американски простые), но это хорошая простота. В ней есть немножко предсказуемости, есть крепкая деловая жилка (особенно у мышонка), есть немножко «детского» натурализма с описанием помойки и кровососущей природы паука, глубокие путешествия в психологию персонажа совершенно отсутствуют, а все переживания выражаются в лаконичных словах и конкретных поступках.
Однако эти переживания — есть. Они безошибочно передаются на волне авторского голоса и воспринимаются без помех, как надёжная работа маленькой, но профессиональной радиостанции.
Остаётся ждать хэппи-энда. Так нет же! Добрая паучиха, которая спасла поросёнка от острого ножа мясника, тихо умирает, потому что пришёл её срок. Маленький мышонок едет на своём крошечном автомобильчике в неизвестную даль, чтобы найти улетевшую подругу-птичку. И когда один из наших переводчиков взял да и приписал от себя «хороший конец» к этой мышиной истории, получилась ерунда. Не для того старался Элвин Брукс Уайт. Он старался рассказать маленьким про большую жизнь, и это у него вполне получилось.
Книжки, написанные более пятидесяти лет назад, экранизированы уже на рубеже XX-XXI вв. В экранизациях засветились Джулия Робертс, Хью Лори, Опра Уинфри и ещё целая команда знаменитостей. Мышонок там хорошенький, поросёнок — тоже. Но книжки всё-таки стоит прочитать.

12 июля — 65 лет со дня рождения Ульфа СТАРКА (р. 1944), шведского писателя.

Есть слова, с которыми нужно обращаться особенно осторожно. Например, сто раз подумать, прежде чем написать: «это трогательная книжка». Но что же делать, если в длинном рассказе (или короткой повести) Ульфа Старка «Умеешь ли ты свистеть, Йоханна?» наступают минуты, которые так похожи на правду, что сердце вздрагивает? Ведь если к одинокому старику вдруг ни с того ни с сего заявятся двое незнакомых мальчишек с одним цветком в подарок, крепко зажатом в кулаке, старик и вправду может потерять голову. Он даже может взять шёлковый платок любимой жены, давно умершей, чтобы смастерить мальчишкам воздушного змея. А хвост к этому змею приделать из собственного галстука.
Ветра нет, и мы понимаем, что добром это не кончится. И вообще всё скоро кончится. Но несколько дней, несколько минут всем было хорошо, и если старик ушёл, то мальчишки со змеем остались, а ветер рано или поздно появится.
Кто решится достойно рассказать такую историю детям? Кто сумеет удержаться на грани, отделяющей слюнявую сентиментальность от учащённого сердцебиения?
Ульфа Старка принято называть наследником Астрид Линдгрен. Нет. Они только соотечественники и популярные писатели, вот и всё родство. Потому что Линдгрен — полководец детства, а Старк — парламентёр. С отчаянной, трогательной решимостью и святой наивностью сказочника он вышел на линию вражды между двумя фронтами — позицией современных взрослых и современных детей. Кто-то написал, что он «настаивает на диалоге поколений». Именно так: настаивает. Поэтому пишет про мальчишку, сумевшего устроить личное счастье отца («Сикстен»). И ещё про мальчишку, сумевшего выбрать между тупым богатством и немудрёной искренностью («Пусть танцуют белые медведи»). И ещё про девчонку, которая узнала от дедушки, что там, наверху, если и был кто-то, кто создал солнце, улиток и людей, «уж он-то не был занудой» («Чудаки и зануды»).
Популярность книг Ульфа Старка растёт во всём мире. Это закономерно, потому что его книги пытаются противостоять одной из самых страшных проблем современного общества.

13 июля — 115 лет со дня рождения Исаака Эммануиловича БАБЕЛЯ (1894-1941), русского писателя.

Ещё недавно читающие молодые люди знали невероятные тексты Бабеля чуть ли не наизусть. Не все, конечно, но уж «Одесские рассказы» — наверняка. «Маня, вы не на работе…» «Новая метла стояла без движения…» И ещё вот это, самое замечательное: «Вы знаете всё. Но что пользы, если на носу у вас по-прежнему очки, а в душе осень?..»
Жизнь поменялась. Беня Крик по прозвищу Король на своём красном автомобиле, играющем «марш из оперы “Смейся, паяц”», вряд ли может теперь соперничать в рейтингах подростковой популярности с «бригадиром» Сашей Белым или очередным «пиратом Карибского моря».
Но с Исааком Бабелем не может соперничать никто, ибо дело не в сюжете или фейерверке пертурбаций. Искусство происходит иначе. «Я беру пустяк, — говорит Бабель, — анекдот, базарный рассказ и делаю из него вещь, от которой сам не могу оторваться. Она играет. Она круглая, как морской голыш. Она держится сцеплением отдельных частиц. И сила этого сцепления такова, что её не разобьёт даже молния».

14 июля — 105 лет со дня рождения Исаака Башевиса ЗИНГЕРА (1904-1991), американского писателя.

Это было сто лет тому назад. Мальчика звали Итчеле. Его папа был бедным раввином на окраине Варшавы. Старший брат был безбожником, а мама просто растила своих многочисленных детей, но между хлопотами по дому спешила почитать какую-нибудь религиозную книгу. Мама и брат часто спорили прямо на кухне, а маленький Итчеле слушал.
— Иноверцы всегда ненавидели евреев… — говорила мама, — потому что правда на их стороне.
— Какая правда? Кто знает, что такое правда? — возражал брат.
— Мир полон зла и ни на что больше не годен, — горячилась мама. — Никогда нам не обрести мира — лишь на том свете.
— Вы пессимистка, мама, — говорил брат. А она прерывала его:
— Погоди, у меня суп убегает…
«Сколько философских книг прочёл я с тех пор, — пишет в старости Исаак Башевис Зингер, — но никогда не встречал доводов более убедительных, чем те, что звучали на нашей кухне… Мои мысли были непохожи на мысли обычных мальчишек, и от этого я испытывал гордость и одиночество. И всегда оставались предвечные вопросы: что есть правда? Что мне делать? Почему Господь на небе хранит молчание?
Как-то раз ко мне подошёл человек и спросил:
— Что с тобой, мальчик? О чём ты так задумался? Или ты боишься, что небо свалится тебе на голову?»
Лауреат Нобелевской премии Исаак Башевис Зингер позволил себе писать для детей только на склоне лет, преодолев в жизни судьбу варшавского еврея, а в литературе — судьбу автора, упорно пишущего только на идиш, умирающем языке многовекового изгнания.
Комментаторы в один голос превозносят Зингера за то, что он сумел сохранить атмосферу местечковой жизни начала прошлого века. Комментаторы скупятся. Достаточно прочесть две детские книжки, переведённые на русский несколько лет назад («День исполнения желаний» и «Сказки»), чтобы встретить не местечковую ностальгию, а национальное достоинство широко мыслящего, гордого, современного человека.

На нашем сайте есть большая статья, посвящённая творчеству этого писателя (см.: Подробно: Верность своим корням).

20 июля — 115 лет со дня рождения Льва Александровича БРУНИ (1894-1948), русского художника.

Живописуя биографию Льва Бруни, исследователи непременно ссылаются на два эпизода: в детстве Лёвушка считал, что «все люди — художники», а будучи взрослым, шутил: «У меня в жилах течёт не кровь, а акварель». Так оно и было, потому что на протяжении четырёх столетий в роду Бруни живописцы и архитекторы сменяли друг друга с завидным постоянством, а когда присоединилась материнская линия, в семейной предыстории Льва Александровича появились новые громкие имена из мира изобразительного искусства, вплоть до отдалённого, «по касательной», родства с Карлом Брюлловым. Стоит ли удивляться, что именно этому художнику удалось сохранить традиции визуального мироощущения посреди всех бурных водоворотов XX века?
Он учился в Париже и восхищался тамошними новациями, но следовать им не стал. Он немножко побыл авангардистом среди отечественных авангардистов, но и здесь надолго не задержался. Некоторые его работы можно с полной откровенностью назвать явлением соцреализма, но это не главные его работы. Главное сказали люди, называвшие Льва Бруни «лучшим русским рисовальщиком», у которого линия — только след движения, произведённого в пространстве живым существом или предметом.
Это естественное, органическое мастерство видно даже в «картинках» к детским книгам, не очень многочисленным. Обычно Лев Александрович обращался к литературным сочинениям, где было много природы, потому что в любые времена, в любой технике именно её больше всего любил рисовать — останавливать на лету. Лев Бруни иллюстрировал «Дерсу Узала» В.Арсеньева, сказки Р.Киплинга, совсем малышовую книжечку О.Перовской «Ребята и зверята», тексты Г.Скребицкого и Д.Мамина-Сибиряка. А ещё, говорят, в 1935-36 гг. лучший русский рисовальщик украсил своей монументальной работой стены зимнего сада в Центральном доме пионеров в Москве. Акварелью по шёлку написал он романтические джунгли, населённые всяким разным зверьём. Где это сейчас? Интернет молчит.
Зато на запрос «Лев Бруни» Всемирная паутина охотно показывает нам первого в роду нехудожника, Льва Ивановича, внука, который хотя и учился искусствознанию, но время утащило его восвояси — в журналистику, в телевизор, в большой натюрморт под названием СМИ.

20 июля — 705 лет со дня рождения Франческо ПЕТРАРКИ (1304-1374), итальянского поэта.

Благословен и год, и день, и час, И та пора, и время, и мгновенье, И тот прекрасный край, и то селенье, Где я был взят в полон двух милых глаз…

Эти «год и день» Петрарка называл с абсолютной точностью: в Страстную пятницу 1327 года, в церкви Святой Клары, в городе Авиньон он впервые увидел свою Лауру. С тех пор каждый раз в день рождения любви, вплоть до 1356 года, он писал новый сонет. Смерть Лауры от чумы в 1348 году не остановила влюблённого. Просто в его «Книге песен» («Canzoniere») стало две части: «На жизнь Мадонны Лауры» и «На смерть Мадонны Лауры».
Некоторые исследователи до сих пор сомневаются, существовала ли на самом деле реальная женщина, во имя которой написаны 317 сонетов, 29 канцон, 9 секстин, 7 баллад и 4 мадригала. Какая разница! Последнюю, девятую редакцию «Книги песен» Петрарка завершил за два года до смерти. Если этого чувства хватило на всю жизнь, о чём ещё спрашивать?..

21 июля — 75 лет со дня рождения Евгения Серафимовича ВЕЛТИСТОВА (1934-1989), русского писателя, журналиста.

Общение с большими настоящими учёными всегда производит сильное впечатление. Именно так и случилось с Евгением Велтистовым, сотрудником газеты «Пионерская правда» и журнала «Огонёк», когда он познакомился с великими советскими авторитетами в области космической техники, теоретической физики и кибернетики.
Нет ничего удивительного в том, что его первые повести для детей были посвящены делам космическим («Тяпа, Борька и ракета», «Железный рыцарь на Луне»), а первую награду за писательскую деятельность Велтистов получил не от коллег по литературному цеху, а от Федерации космонавтики СССР.
Самое знаменитое сочинение писателя Велтистова — «Приключения Электроника». В 1960-70-х годах эта история про мальчика-робота и несколько её продолжений воспринимались буквально «на ура».
Фильм с аналогичным названием пользуется популярностью до сих пор, а песня про крылатые качели, написанная композитором Е.Крылатовым, на долгие годы стала чуть ли не гимном нашего отечественного детства.

21 июля — 110 лет со дня рождения Эрнеста ХЕМИНГУЭЯ (1899-1961), американского писателя.

Подрастающее поколение должно прочитать «Старика и море» по трём причинам.
Во-первых, нужно знать кумира своих предков, то есть — красивого и мужественного писателя Эрнеста Хемингуэя.
Во-вторых, полезно познакомиться с так называемым принципом литературного «айсберга», когда слов говорится мало, а смысл подразумевается огромный. Хемингуэй — признанный мастер подобного стиля и лучше, чем у него, ни у кого не научишься.
Наконец, в-третьих… Ну да, сначала кажется, что для притчи о старике и море скорее подошло бы название другого произведения Хемингуэя — «Победитель не получает ничего». Но так будет очень грустно и — неверно. Ведь в конце своей истории старик Сантьяго всё-таки способен говорить с другом, глотнуть горячего кофе и мирно уснуть в надежде проснуться. Может быть, именно этот путь сквозь все беды и невзгоды позовёт читателя к другому итогу жизни, нежели самого писателя Хемингуэя?

22 июля — 90 лет со дня рождения Михаила Григорьевича ЛЬВОВСКОГО (1919-1994), русского драматурга, сценариста, поэта-песенника.

«Помогите найти песню “Глобус”. Бабушка попросила» (ЖЖ, 13.01.09).
Да что же это за бабушка такая, которая не может в ту же минуту, воспламенив вместо костра китайский электрический чайник, затянуть вполголоса, с чувством:

Я не знаю, где встретиться Нам придётся с тобой. Глобус крутится, вертится, Словно шар голубой, И мелькают города и страны…

Кто-то подсчитал, что Михаил Львовский сочинил триста песен. Вернее, триста стихов, которые стали песнями. Например, «Ни мороз мне не страшен, ни жара…», «Внимание, на старт!» или — самое знаменитое! — «На Тихорецкую состав отправится…».
Ещё он написал весьма популярную когда-то пьесу «Димка-невидимка» (в соавторстве с Вадимом Коростылёвым) и был сценаристом многих «подростковых» фильмов, которые не прошли незамеченными: «Я вас любил», «Точка, точка, запятая…», «Это мы не проходили», «В моей смерти прошу винить Клаву К.»… Первые три упомянутых сочинения были кроме того воплощены в жанре киноповести и изданы отдельной книгой (в 1975 году). Если память не изменяет, примерно в эти самые времена девизом и лейтмотивом нашей текущей литературы можно было считать название одной нашумевшей статьи: «Так ли прост простой человек?» Предполагалось, что чрезвычайно непрост. Вот и в «Точке, точке, запятой…» один из персонажей восклицает: «Не может же быть, чтобы во мне ничего не было!»
В сущности, этот крик души годится для любого времени. Лучшие фильмы и лучшие песни Михаила Львовского востребованы до сих пор, а забывчивым бабушкам сообщаем, что текст «Глобуса», ставшего народным, присутствует в Интернете аж в четырёх вариантах.

25 июля — 220 лет со дня рождения Михаила Николаевича ЗАГОСКИНА (1789-1852), русского писателя.

На самом деле Михаил Николаевич Загоскин написал целое собрание сочинений: много театральных комедий сначала и целый список романов потом. Но история литературы и читательский выбор сохранили только одну любимую книгу — исторический роман «Юрий Милославский, или Русские в 1612 году», который вышел в свет, когда автору минуло сорок.
Это был первенец историко-художественной прозы, отечественное эхо громоподобных побед Вальтера Скотта. Правда, Александр Сергеевич Пушкин сразу отметил, что в изображении лиц конкретно-исторических господин Загоскин не так силён, как в сценах старинной русской жизни. Однако общее мнение современников звучало единогласно: персонажи «Юрия Милославского…» не только носят русские имена, но «даже чувствуют и мыслят по-русски».
Густой колорит этого повествования настоялся со временем подобно хорошему вину, и теперь «Юрий Милославский…» интересен вдвойне — как взгляд недавних предков на отдалённых пращуров.

25 июля — 80 лет со дня рождения Василия Макаровича ШУКШИНА (1929-1974), русского писателя, кинорежиссёра, актёра.

Почему никто не говорит о Шукшине — человек эпохи Возрождения? То есть человек, который может всё? Не хватает бархата с атласом или профиль подкачал?
В нашей сегодняшней литературной неразберихе дети могут вырасти, вообще не узнав, что был такой писатель. Этого допускать нельзя, потому что без Шукшина у любого жителя России будет нарушено чувство времени и чувство страны.
Известно, что к концу жизни Василий Макарович хотел больше повернуться к литературе и стать больше писателем, чем актёром или режиссёром. Задуманных им книг мы уже не прочтём. Но любой сборник рассказов, начиная с первого, который назывался «Сельские жители», вполне годится для того, чтобы положить его перед тинэйджером XXI века просто как кусок хлеба.

27 июля — 75 лет со дня рождения Михаила Самуиловича БЕЛОМЛИНСКОГО (р. 1934), русского художника, иллюстратора детских книг.

Михаил Беломлинский оформил сто детских книжек, даже больше. Михаил Самуилович сам признаётся, что именно детская книга — его главное призвание. Правда, иногда он отвлекался от любимого дела, чтобы проиллюстрировать что-нибудь взрослое или поработать главным художником журнала «Костёр», но всегда возвращался к весёлым бегемотам, смешным человечкам или какой-нибудь удивительной схватке слона и кита.
Среди множества писателей, чьи книги вышли в свет с иллюстрациями этого художника, Василий Аксёнов, Джеральд Даррелл, Святослав Сахарнов, Джон Рональд Руэл Толкин, Даниил Хармс или, например, недавнее приобретение нашей переводной детской литературы — Лемони Сникет.
Иногда Михаил Беломлинский начинает работу, не дожидаясь писателя: рисует много забавных картинок, которые просто так пришли ему в голову. А потом приходит кто-нибудь из друзей, например, поэт Вольт Суслов, и тогда под картинками появляются подписи — строчки специально сочинённых новых стихов. Недаром одна из таких книжек называется «Надо обязательно быть изобретательным».

27 июля — 225 лет со дня рождения Дениса Васильевича ДАВЫДОВА (1784-1839), русского поэта.

Денис Васильевич Давыдов вышел в отставку в чине генерал-лейтенанта. На склоне лет воспитывал детей — у него было шесть сыновей и три дочери. Оставил отменные образцы военной прозы: воспоминания о Суворове и Раевском, «Опыт теории партизанского действия», «Дневник партизанских действий 1812 г.», опубликованный посмертно.
Что касается стихов, знаменитой «гусарской лирики», то лучше всех сказал об этом, наверное, Виссарион Григорьевич Белинский, заметивший, что в поэзии Дениса Давыдова выражается душа «широкая, свежая, могучая, раскидистая». Чаще всего, вспоминая о Давыдове, цитируют стихотворение «Песня», написанное вскоре после победы над наполеоновской армией:

Я люблю кровавый бой, Я рождён для службы царской! Сабля, водка, конь гусарской, С вами век мой золотой!.. За тебя на чёрта рад, Наша матушка Россия!..

А потом прошло много лет, сражения и победы обратились в легенду, но широта и свежесть души не изменили отставному гусару. В 1834 году появились строчки, которые удостоились высшей чести, — они стали народной песней:

Я люблю тебя, без ума люблю! О тебе одной думы думаю, При тебе одной сердце чувствую, Моя милая, моя душечка…

Это стихотворение поэт Денис Давыдов так и назвал — «На голос русской песни».

30 июля — 180 лет со дня рождения Николая Петровича ВАГНЕРА (псевд.: Кот-Мурлыка; 1829-1907), русского писателя.

Совершенно невозможно поверить, что бывают на свете люди, которые впервые прочитали сказки Андерсена в 40 лет. Но это чистая правда: именно так, в сорокалетнем возрасте, раскрыл однажды книгу великого датчанина Николай Петрович Вагнер. Сказки ему, в общем-то, понравились. Однако он подумал, что сам мог бы написать не хуже, а то и лучше.
Определённый опыт публикаций учёный-энтомолог Вагнер уже имел. Его докторская диссертация называлась «Общий взгляд на паукообразных», а лучшее исследование, удостоенное премии Парижской академии, было посвящено «самопроизвольному размножению у гусениц насекомых». Что касается мировоззренческих исканий, то здесь произошла эволюция от вдохновенного христианства к атеизму, а затем от атеизма к спиритизму. В результате Николай Петрович стал Президентом Русского общества экспериментальной психологии.
Вот такой человек и принялся состязаться с Андерсеном.
За три года он написал дюжину историй, которые составили знаменитое издание «Сказки Кота-Мурлыки». Несмотря на упрёки некоторых современников в «романтическом фразёрстве» и прочих грехах, приключения феи Фантасты etc. пользовались у современников Вагнера бурной популярностью.
Насколько это читабельно по нынешним временам — решать каждому читателю лично. Заметим только, что начиная с 90-х годов минувшего века, Кот-Мурлыка был переиздан неоднократно, и в очередной раз — в 2009 году. Более того, вышли в свет три выпуска аудиокниги того же содержания, а святочный рассказ «Телепень» был прочитан в аудиосборнике вместе с произведениями классиков русской литературы: Н.Лескова, А.Куприна и И.Шмелёва.