наверх
Обед у разбойников. Англия, конец XII века
30 января 2013

Книга М.Гершензона основана на многочисленных преданиях, легендах и балладах о любимом герое англичан и шотландцев. По мнению большинства исследователей, благородный разбойник Робин Гуд жил в конце XII — начале XIII века.

 

Отрывок приводится по изданию: Гершензон М.А. Робин Гуд. — М.:Л.: Детиздат, 1940. (В более поздних изданиях были допущены искажения).

М.Гершензон

РОБИН ГУД

Глава девятая 

О встрече Робин Гуда с сэром Ричардом Ли
(отрывок)

И руки помыли, и вытерли оба,
И сели плечо к плечу.
Хлеба довольно, вина — хоть залейся,
Оленины — ешь, не хочу.

…Когда всадник выбрался на освещенную закатным солнцем дорогу, зоркие глаза стрелков разглядели, какого гостя шлет судьба.

Рыцарь, одетый в черную кольчугу, понуро покачивался в седле. В правой руке он держал копье, у левого локтя болтался маленький щит.

— Вряд ли он сдастся без боя, — промолвил отец Тук, доставая из колчана боевую стрелу. — Приготовься, йомен, — как бы нам не упустить долговязого. С этими рыцарями вечные хлопоты: чуть что, они хватаются за меч, не то что наш брат, монах.

Скателок с уважением взглянул на опытного стрелка и тоже приготовился к драке. А всадник, погруженный в глубокое раздумье, а может быть, задремав, доверился своему коню и ехал, не глядя на дорогу.

Рис. Г.Калиновского— Привет вам, сэр рыцарь! — громко окликнул его отец Тук. — Мой господин просит вас свернуть с пути и разделить с ним его скромный обед.

Всадник придержал коня и с удивлением вскинул глаза на фриара Тука и Скателока.

— Ты, верно, принял меня за другого, стрелок. Меня не знают в этих краях. Кто твой хозяин и где его замок?

Отец Тук, держа стрелу за стальной наконечник, почесывал ее древком свою тонзуру, смущенный убогим видом рыцаря, его мокрой изрубленной кольчугой и конем, который стоял, широко расставив облепленные грязью ноги, словно приготовился околеть. А Скателок и вовсе растерялся, услыхав дружелюбный голос всадника.

… Отец Тук лукаво улыбнулся.

— Нет, сэр рыцарь, — сказал он, — тут нет никакой ошибки. Мой господин — Робин Гуд, а замок его — в Бернисдэльском лесу.

— Я слыхал это славное имя,— спокойно ответил рыцарь. — Я охотно сверну с дороги, чтобы увидеть, правду ли говорит молва о вашем господине, хотя я и думал обедать в Донкастере или Блейтсе.

Он послушно повернул коня и последовал за стрелками. Так молча и ехал, не глядя по сторонам, пока Скателок с отцом Туком вели его коня под уздцы к Бернисдэльским пещерам.

… Робин Гуд вышел гостю навстречу.

Привет тебе, рыцарь! — воскликнул он. — Наш охотничий стол накрыт, и мы рады всякому, кого посылает нам случай. Мои молодцы проголодались так, что готовы жевать тетиву своих луков. Задайте же корма коню, ребята, и скорее за стол. Сэр рыцарь, ты сядешь здесь, у огня, чтобы поскорей просохла кольчуга, не то ржавчина сгложет ее прежде, чем изрубят вражьи мечи.

Низкие козлы покрыты были уже длинными дубовыми досками, которые прогибались под тяжестью жареных уток, рыбы, пирогов, эля и заморского вина. Три десятка молодцов в зеленых кафтанах уселись за стол и так дружно принялись работать челюстями, как будто отродясь ничего не ели.

И каждый с усмешкой следил за тем, как потчует Робин долгожданного гостя. Потому что таков был обычай у лесных стрелков: сперва накормить знатного путника до отвала, а потом облупить, как яичко.

… Веселый стрелок не спросил у рыцаря ни имени, ни цели его пути.

— Нынче дичь в лесах хороша, и рыбы много в прудах. Нет страны краше старой Шотландии, нет в Шотландии леса, что поспорил бы с Шервудом и Бернисдэлем.

Так приговаривал Робин, и молодцы ухмылялись и переглядывались друг с дружкой, потому что изо дня в день веселый стрелок повторял эти слова рыцарям и монахам, а те от страху давились куском жирной дичины и никак не могли донести до рта кубок темного эля, не расплескав его дрожащей рукой.

Наконец гость окончил обед и утер рот рукой. А Робин Гуд, по обычаю вольницы, обратился к нему с учтивым вопросом:
— Хорошо ли поел ты, сэр рыцарь?

На это рыцарь ответил:
— Три недели уже не случалось мне так обедать.

— А не думаешь ли ты, сэр рыцарь, что негоже благородному господину угощаться у стола простого йомена без приличной расплаты?

Рис. Г.КалиновскогоТут стрелки затаили дыхание, с любопытством ожидая ответа. Обычно при этих словах знатные путники менялись в лице: тот затрепещет, как осиновый лист, этот схватится за свою мошну или выхватит из ножен меч.

Но рыцарь не струсил и не вспылил, только смущенно потупил глаза.

— Увы, дорогой мой йомен, мне нечем с тобой поделиться, — с виноватой улыбкой промолвил рыцарь. — Денег у меня так мало, что совестно и предлагать их тебе за гостеприимство.

— Так отвечали мне рыцари и аббаты, начиненные золотом, как скорлупа яйцом, — сказал Робин Гуд. — А ну-ка, Статли, проверь, правду ли говорит наш гость.

Вилль Статли отошел в сторону, где лежало седло рыцаря, пошарил в переметных сумах.

— Кошели пусты, как гнезда по осени, — доложил он, подкидывая на ладони несколько мелких серебряных монет. — Тут и половины фунта не наберется.

Робин Гуд пристально посмотрел на гостя. Иссеченная кольчуга и смелый взгляд незнакомца рассказали ему историю рыцаря лучше всяких слов.



ПРИМЕЧАНИЯ

Йомен — свободный крестьянин в средневековой Англии.

Фриар — так обращались к католическим монахам (от искаженного латинского слова "фратер" — брат).

Тонзура — круг, выстригавшийся на макушке у католического священника.

Эль — крепкое светлое английское пиво. "Темным" эль называют в балладах и преданиях (возможно, потому, что таким он казался в глиняных кружках и оловянных кубках, из которых его пили в те далекие времена).


Историки и очевидцы

Баллады о Робин Гуде // Английская и шотландская народная баллада. — М.: Радуга, 1988. С. 213-233.

Гуревич А.Я. Робин Гуд — легенда и история // Гершензон М. Две жизни Госсека; Робин Гуд. — М.: Дет. лит., 1968. С. 312-315.

Морозов М.М. Избранное. — М.: Искусство, 1979.
Из содерж.: Баллады о Робин Гуде.

Маргарита Переслегина