наверх
Потерянная бусинка
17 апреля 2009

Каждая прочитанная книга оставляет в нашей душе след. Порой такие книжные «зарубки» оказываются даже глубже отметин, оставленных событиями реальной жизни.

Обложка книги М.Крюгер «Голубая бусинка». Худож. Х.Белинска

Сказочная повесть «Голубая бусинка» была прочитана, вернее, услышана мной в раннем детстве. Я до сих пор помню ощущение нетерпеливого ожидания, а потом головокружительного восторга, когда воспитательница старшей группы детского сада брала в руки книжку и начинала читать. Правда, до недавнего времени я помнила только это внутреннее состояние, да порой откуда-то издалека доносились слова: голубая бусинка… С этой бусинкой было что-то связано, что-то очень важное для меня, но забытое, потерянное.

Несколько раз я пыталась найти книжку, но автора не помнила, да и кто в детстве обращает на него внимание, имена героев, их приключения тоже совершенно стёрлись, изгладились из памяти. Только это волшебное сочетание слов — «голубая бусинка» — не давало покоя.

И вот почти полвека спустя я держала в руках… так и подмывает сказать: старую потрепанную книжку… но нет — всего лишь компьютерную распечатку сказочной повести Марии Крюгер «Голубая бусинка».

Имя автора мне ни о чём не говорило. Позднее я навела справки, и оказалось, что об этой польской писательнице известно на удивление мало. Все наши отечественные литературные справочники хранят о ней глубокое молчание. Даже Е.Брандис в своём уникальном издании «От Эзопа до Джанни Родари» обошёл вниманием Марию Крюгер. Справедливости ради стоит заметить, что Евгений Павлович рассматривал лишь тех зарубежных авторов, чьи произведения были не только переведены на русский язык, но и опубликованы в наших, по преимуществу центральных издательствах.

В этом смысле Марии Крюгер не повезло. Две её самые знаменитые повести — дилогия «Голубая бусинка» («Karolcia», 1959) и «Привет, Каролинка!» («Witaj, Karolciu», 1970) — выходили только в варшавском издательстве «Наша Ксенгарня» (первая — в переводе М.Брухнова — в 1961(?), 1964, 1972(?) и 1975 гг., вторая — в переводе С.Свяцкого — в 1973, 1975 и 1977). В Советском Союзе Марию Крюгер напечатали только раз. Ленинградское отделение «Детской литературы» в 1978 году выпустило её сказочную повесть «Ухо, дыня, сто двадцать пять!» (перевод Д.Шурыгина), но почему-то и эта книжка прошла незамеченной.

Так что же мне удалось узнать о польской писательнице Марии Крюгер? Сразу оговорюсь, что все сведения почерпнуты мной из Интернета (с портала Wikipedia — по-польски), справочника «Kto jest kim w Polsce» (Warszawa, 1993) и немецкого «Всемирного биографического архива» (раздел «Polski Indeks Biograficzny»).

Мария Крюгер. ФотографияИтак, Мария Людвика Крюгер родилась в Варшаве 6 сентября 1904 года (1911-й, иногда указываемый как год её рождения, неверен). Умерла — 13 августа 1999 года, таким образом не дожив до столетнего юбилея пяти лет. Невероятно долгая жизнь, особенно если вспомнить, что вписана она в трагическую историю Польши прошлого века.

В 1929 году Мария окончила Академию Политических Наук в Варшаве, в 1934-36 училась на гуманитарном факультете Варшавского Университета. Как литератор она дебютировала, по одним источникам, в 1928-м, по другим — в 1929-м, по третьим — в 1932 году в популярном журнале для детей старшего возраста «Płomyczka». До войны часто публиковалась в других детских и взрослых периодических изданиях: «Świerszczyk», «Płomyk», «Dziatwa», «Słonko», «Poranek». В 1933-39 гг. состояла в Объединении польских журналистов. Тогда же начала работать на польском радио.

В годы гитлеровской оккупации Мария Крюгер сотрудничала с демократической группой «Epoka». В 1944-м принимала участие в знаменитом Варшавском восстании.

После окончания Второй мировой войны Крюгер несколько лет была сотрудником польской дипломатической миссии в Берне (Швейцария), где, вероятно, ей пригодились серьёзные университетские знания. Вернувшись на родину, она некоторое время возглавляла отдел детских программ на польском радио (1950-52), а позднее — на телевидении (1955-56). Одна из самых популярных детских телепередач «Miś z okienka» была придумана именно Марией Крюгер. Главный герой программы — медведь — часто говорил с юными зрителями о книжках. Интересно, упоминал ли он произведения самой Крюгер? Ведь период 1950-60-х годов был для писательницы самым плодотворным — почти каждый год из печати выходила новая книга.

Это были её собственные сказки и переложения народных легенд и преданий, приключенческие повести и исторические рассказы. Самой знаменитым произведением Марии Крюгер, несомненно, стала «Karolcia» (1959), которая через 11 лет обзавелась продолжением. Сказка была переведена на несколько европейских языков: русский, немецкий, французский, чешский, венгерский, румынский, финский. По «Каролинке» в середине 1990-х годов был поставлен телеспектакль, а в 2001-м снимался художественный фильм.

Большой популярностью у польских тинэйджеров пользовались исторические книги М.Крюгер. К сожалению, на русский язык они не переводились. Поэтому знаменитую повесть «Godzina pąsowej róży» («Год пурпурной розы») и сборник «Legendy polskiej ziemi» («Легенды польской земли») по-русски прочитать пока нельзя.

Мария Крюгер оказалась писателем с весьма продолжительной биографией. Последняя её публикация, если верить источникам, относилась к 1997 году, когда Марии Людвике исполнилось, ни много ни мало, девяносто три.

Вот, собственно, и всё, что удалось узнать об авторе «Голубой бусинки». Возможно, биография Марии Крюгер в данном случае покажется излишней или даже не вполне уместной, но найденные факты так настойчиво стремились стать достоянием гласности, что я оказалась не в силах противостоять их натиску.

Каролинка и Петрик летят над городскими улицами. Рис. Х.БелинскиОднако вернёмся к самой повести. Взять в руки некогда любимую книгу после стольких лет разлуки совсем не просто. Но, справившись с волнением, я начала читать и долго не понимала, что же происходит. Всё мне не нравилось. Я никак не могла приноровиться к постоянно хромающему тексту. То и дело меня цепляли корявые слова и фразы, нервировали ходульные герои, раздражали глухие диалоги. И когда бешенство моё достигло апогея, Каролинка и Петрик вдруг взмыли с книжных страниц и полетели. И я, как последняя дурочка, доверчиво полетела вместе с ними. Мы парили над улицами незнакомого города, заглядывали в окна домов. Мы были невидимы, легки и свободны. Так я летала разве что во сне, да ещё, пожалуй, с булгаковской Маргаритой.

Вообще, странные параллели между детской сказкой и последним романом Михаила Афанасьевича Булгакова оказались столь заметны, что я недоумевала. И в той, и в другой книге, несмотря на разность их весовых категорий, происходили вещи до удивления схожие. Обыденная жизнь и мистика (в одном случае), волшебство (в другом) были связаны в них неразрывно и естественно. И здесь и там авторская игра велась именно в этом двойном, двойственном пространстве. Даже сатирическая нота, такая яркая у Булгакова, у Крюгер тоже звучала вполне внятно. Вспомнить хотя бы рассказ о бюрократических препонах, возникающих на пути любого посетителя городской мэрии.

Надо же, думалось мне, как наш роман «Мастер и Маргарита» повлиял на польскую писательницу, как умело она смогла вплести в детскую сказку отнюдь не детские образы и понятия. Так думала я и ошибалась. Позже выяснилось, что «Голубая бусинка» была напечатана почти за десять лет до посмертного опубликования романа М.А.Булгакова. Вот как странно, а если ближе к оригиналу — причудливо тасуется колода карт. Не всегда из этой колоды достаёшь действительные, а не мнимые литературные аналогии и заимствования. Если же ещё задержаться на художественных влияниях, то, помимо разнообразных фольклорных мотивов, в сказочной повести М.Крюгер читатель сможет уловить отголоски произведений Гофмана и Гоголя, Бальзака и Уэллса, а, быть может, и других, не замеченных нами источников вдохновения.

Каролинка и Петрик. Рис. Х.БелинскиК счастью, дети не обременены подобным грузом. Их восприятие непосредственней и чище. За историей голубой бусинки они видят только саму историю. И она, между тем, такова.

Жила себе обычная девочка Каролинка. С мамой, папой и любимой тётушкой Агатой. И как-то при переезде в новую квартиру Каролинка нашла голубую бусинку, которая, естественно, оказалась волшебной, исполняющей любые желания. Какие желания у восьмилетней девочки? Вспомните себя в этом возрасте. Игры, забавы, перевоплощения и перемещения — желательно по воздуху, конечно… Всё складывалось бы замечательно, особенно в компании лучшего друга Петрика, если бы за голубой бусинкой не охотилась злая колдунья Филомена и если бы сама бусинка не теряла свой цвет, а значит, и волшебные свойства, при исполнении желаний.

Положим, с Филоменой справиться хоть и трудно, но можно. А вот что делать с запрограммированной на убывание бусинкой? Тем более, когда по неопытности и глупости ты уже израсходовал предоставленные тебе возможности почти без остатка. Тут-то и встаёт дилемма: потратить последнее волшебство только на себя или направить на общее благо? Первое — приятнее. Второе — правильнее. Каролинка и Петрик оказываются правильными, то есть настоящими героями. Они спасают городской детский парк (в книге он называется садом), а напоследок исполняют заветное желание каждого из жителей своего дома. Счастье для всех, даром, и чтобы никто не ушёл обиженным. Ну вот, опять более поздние литературные наслоения…

Каролинка и Петрик мчатся на спинах каменных львов. Рис. Х.БелинскиАх, как хотелось мне их отринуть и, читая сейчас историю голубой бусинки, увидеть её глазами пятилетней девочки! Не отвлекаться на стилистические и всякие другие погрешности, а просто окунуться в мир, где обычная жизнь и волшебство существуют на равных. Надо отдать должное несомненному мастерству Марии Крюгер, даже меня сегодняшнюю — скептическую и неповоротливую — она не раз заставляла включаться в действие и следовать за своими героями. Не только парить над городом, но и наслаждаться головокружительной ездой на шикарном красном президентском автомобиле и даже, замирая от восторга, мчаться на спинах оживших каменных львов.

Эти львы и стали тем камушком, что вызвал настоящий обвал полузабытых ощущений и эмоций. Москва, конечно, не Питер, здесь со звериными изваяниями дело обстоит скромнее. Однако в городе моего детства они водились, и теперь, закрыв глаза, я отчётливо видела, как, когда и в каком именно месте я забиралась на их каменные спины. Вслед за этими воспоминаниями пришло ещё одно — тревожное и даже мучительное. В ту давнюю дошкольную пору я почти полгода провела в подмосковном пансионате. Для домашнего ребёнка это было тяжким испытанием. И все эти жуткие месяцы меня поддерживало одно странное, почти маниакальное занятие: я постоянно что-то искала. В больничной палате. На лесной дорожке. В траве. На берегу реки. Искала и не могла найти. И только теперь поняла что. Голубую бусинку!

Вот так, вспоминая прочитанные книги, мы часто вспоминаем самих себя. И открываем себя заново.

Во всяком случае, теперь я точно знаю, откуда у меня это стойкое недоверие к реальности, которая в любую минуту может обернуться самой невероятной фантасмагорией.

Каролинка беседует с совой. Рис. Х.Белински
 

Книги Марии Крюгер в фондах Российской государственной детской библиотеки

  • Крюгер М. Привет, Каролинка! / Пер. с польск. С.Свяцкого; Худож. Х.Белинска. — Варшава: Наша Ксенгарня, 1975. — 195 с.: ил.
  • Крюгер М. Привет, Каролинка! / Пер. с польск. С.Свяцкого; Худож. Х.Белинска. — Варшава: Наша Ксенгарня, 1977. — 195 с.: ил.
  • Крюгер М. Принцесса Белоснежка: По сказке братьев Гримм / Пер. с польск. С.Свяцкого; Ил. Я.М.Шанцера. — Краков: Наша Ксенгарня, 1977. — 30 с.: ил.
  • Крюгер М. Принцесса Белоснежка: По сказке братьев Гримм / Пер. с польск. С.Свяцкого; Ил. Я.М.Шанцера. — Варшава: Наша Ксенгарня, 1986. — 29 с.: ил.
  • Крюгер М. Ухо, дыня, сто двадцать пять! / Пер. с польск. Д.Шурыгина; Рис. З.Ленгрена. — Л.: Дет. лит., 1978. — 160 с.: ил.

Ирина Казюлькина