наверх
Воскобойников Валерий Михайлович
26 марта 2004

 Валерий Воскобойников ведёт мастер-класс на на семинаре молодых детских писателей в Переделкино. Фотография

НЕОБХОДИМЫЕ ВОПРОСЫ

1. Дата и место рождения.

Родился 1 апреля 1939 года в городе, который в то время назывался Ленинградом. Почти всю жизнь здесь и живу.

2. Где Вы учились и «кем» работали (кроме как по призванию)?

После седьмого класса я закончил в 1957 году химический техникум, потом в 1965 году закончил Ленинградский технологический институт им. Ленсовета (вечернее отделение), в перерыве между первым и вторым курсом института, в армии, закончил в 1959 году сержантскую школу артиллерийских разведчиков, а в начале семидесятых закончил Высшие литературные курсы при Литературном институте. Работал в различных химических лабораториях закрытых (ужасно секретных) предприятий своего родного города. Начал лаборантом, достиг ранга начальника проблемной лаборатории.

3. Ваша первая публикация.

Дату первой публикации, как и многое самое первое, помню наизусть — 24 марта 1962 года. Это был рассказ о влюбленном старшекласснике, который все лето смотрел на девушку, мечтал с нею познакомиться и не знал, как это сделать. А когда кончилось лето, ему стало известно, что с нею происходило все то же самое. Рассказ неожиданно для меня тут же наградили премией на городском конкурсе.

4. Ваши псевдонимы (если Вы хотите их назвать).

Это — секрет. Но один псевдоним раскрою — Валерий Михайлович.

5. Какие свои произведения Вы хотели бы видеть в нашем библиографическом списке?

За сорок с лишним лет у меня наиздавали всякого: вероятно, штук за шестьдесят книг, да еще штук под триста статей, очерков и рассказов. Поэтому, как ни странно, ответить на этот вопрос довольно трудно — ведь нужно выбрать самое-самое. Но то, что мне дорого и любимо, не обязательно заинтересует читателя. То есть увлечет лишь тех людей, увлечения которых близки моим.

Сегодняшний краткий список выглядит приблизительно так:

Я еду отдыхать: Повести и рассказы. — Л.: Дет. лит., 1966.

Самые сильные во дворе: Повести и рассказы. — Л.: Лениздат, 1969.

Другая осень: Повести. — Л.: Дет. лит., 1969.

Тетрадь в красной обложке: Повесть. — Л.: Дет. лит., 1971.
То же, 1975.
Издана также в Японии, США, Польше, Румынии. Выпущена изд. «Радуга» на многих языках, включая европейские.

Девочка, мальчик, собака: Повести. — Л.: Дет. лит., 1988.
Награждена почетным дипломом на Всесоюзном конкурсе на лучшую детскую книгу 1989 года.

Великий врачеватель: Ист. повесть об Авиценне. — М.: Мол. гвардия, 1972.
Переиздана в 1980 г. по решению ЮНЕСКО к 1000-летию Авиценны. Издана на национальных языках в Узбекистане, Таджикистане, Туркменистане, Азербайджане (дважды), Татарии.

Зов Арктики: Ист. повесть. — М.: Мол. гвардия, 1975.
То же, 1984.

Утренние прогулки: Повесть. — Л.: Дет. лит., 1976.
Издана в Японии.

Кирилл и Мефодий: Ист. повесть. — М.: Мол. гвардия, 1979.

Остров Безветрия: Повесть. — Л.: Дет. лит., 1981.
Трижды издавалась в Японии.

Утренние колокола: Ист. роман. — Л.: Дет. лит., 1983.
То же, 1989.
Издана на национальных языках в Литве, Украине, Татарии.

Девятьсот дней мужества: Рассказы о Ленинградской блокаде. — М.: Малыш, 1984.
То же, 1985.
То же, 1986.
То же, 1989.
Издана на украинском языке в Киеве. Общий тираж — 3 млн.

ГЛАВНЫЕ КНИГИ ПОСЛЕДНИХ ЛЕТ:

Блистательный Гильгамеш: Ист. роман по мотивам древнешумерского и аккадского эпоса. — М.: Терра, 1997.
Вошла в список «Книжного обозрения» как «самая-самая».

Жизнь замечательных детей: (Рассказы о детстве великих людей). — СПб.: Образование-Культура, 1997.
То же, 1998.
То же, 1999.
Награждена премией на Всероссийском конкурсе «Артиада — 1998» и Почетным Международным дипломом IBBY (им. Андерсена).

Древний Восток: Ист. повести. — СПб.: Респекс, 1998.

Довмонтов меч: Ист. роман. — СПб.-М.: Азбука—Терра, 1998.

Рассказы о православных святых: Серия маленьких исторических повестей для детей: (Иоанн Креститель, Николай Чудотворец, Кирилл и Мефодий, Князь Владимир Святой и т.д.). — СПб.: Лицей, 1993-1996.

Рассказы о православных святых: Книга исторических повестей. — СПб.: Золотой век, 1999.
То же, 2003.

Иллюстрированная Библия для семейного чтения: Издана по благословению Святейшего Патриарха Московского и Всея Руси Алексия II. — СПб.: Золотой век, 2003.
Получила высшую награду «Серебряная литера» на Международной книжной ярмарке «Невский Форум» 2003 года.

Санкт-Петербург: Иллюстрированная история для детей. — СПб.: Золотой век, 2003.
Вышло несколько тиражей.

Серафим Саровский. Ист. повесть. — М.: РОСМЭН, 2003.

6. С какими художниками-иллюстраторами Вам нравится работать?

Я мечтал бы работать вместе с замечательным художником Николаем Устиновым или, например, с гениальным Виктором Пивоваровым. Но увы! Чаще с художниками мне не везет. Из тех художников, кому я благодарен за совместное творчество, назову Давида Боровского, Владимира Любарова и петербуржцев: Михаила Беломлинского, Виталия Аникина, Александра Лыткина, Владимира Алексеева.

7. Существуют ли на основе Ваших книг:

художественные фильмы;

мультипликационные фильмы;

звукозаписи;

театральные постановки;

музыкальные произведения?

В самом начале семидесятых по нескольким моим повестям были поставлены пьесы в театрах и на радио. По радио в те годы их повторяли часто. С кино мне не везло. Дважды я вместе с режиссером писал сценарии, потом собиралась творческая группа, подбирались актеры, но внезапно приходило новое начальство, и все срывалось. Я понял, что интереснее писать прозу, и больше не поддавался на соблазны. В начале 1990-х годов на Радио России (тогда очень молодом и смелом) было поставлено около 20-ти моих радиопьес. Мне хотелось скорее заняться просвещением соотечественников, и я придумал такие циклы: «Реформаторы России», «Предприниматели России», «История в судейской мантии» и «Творцы катастроф». В пьесах рассказывалось о великом роде Строгановых, об Александре Втором, об инженере Путилове, о семье Нобелей, о деле Бейлиса, о Сталине и так далее. Тогда их передавали по воскресеньям в середине дня, повторяли очень часто, и их многие слушали. Они даже какую-то получили премию. Эти пьесы время от времени прокручиваются на радио и сейчас.

8. Не могли бы Вы подарить нам свою фотографию с автографом?

МОГУ.

ВОПРОСЫ НА ВЫБОР

1. Кем Вы хотели стать в детстве?

С 1947 года по 1954-й я мечтал полететь на планету Марс, чтобы ее исследовать. Тогда в русском языке не было слова космонавт, и я считал, что этим делом ведают астрономы. Потом я увлекся химией и стал химиком. О том, что я стану писателем, я знал с пяти лет. Но до двадцати ничего для этого не делал.

2. Зачем Вы ходили в школу?

Школу не обязательно любить, но ходить в нее необходимо.

3. О ком из старших Вам хочется рассказать: родителях, учителях, соседях?..

О родителях и старших товарищах. Мама спасла меня в блокаду, отец всю жизнь оставался абсолютным моральным авторитетом, а старшие товарищи — очень молодые и очень талантливые (Игорь Ефимов, Владимир Марамзин, Валерий Попов, Сергей Довлатов, Александр Кушнер, Андрей Битов) — приняли меня в свою «тусовку». Я был тогда невежественным беспредельно и благодарен им всею своей жизнью. А еще я счастлив оттого, что многие молодые и очень талантливые писатели Петербурга являются моими друзьями.

4. Ваша любимая книга:

в 7 лет;

«Робинзон Крузо».

в 15 лет;

Романы Диккенса — все, что тогда были переведены на русский язык.

сейчас.

Перечень меняется в зависимости от состояния души.

5. Самый решительный поступок в Вашей жизни.

Их несколько: 1 — акт рождения, 2 — расставание с любимой химией ради любимой литературы, 3 — женитьба номер два, 4 — добровольное стояние вместе с единомышленниками в августе 1991 года всю ночь под унылым, холодным, мелким дождем с целью уберечь демократически избранный Ленсовет от вооруженного штурма гэкачепистами. Ни в одном из этих поступков не раскаиваюсь.

6. Черта характера, которая больше всего мешает Вам жить.

Стремление к компромиссам — и помогает, и мешает. Я никогда не мог и сейчас не могу ударить человека по лицу. Для меня это просто невозможно. Поэтому с детства я проповедовал пацифизм.

7. Кого из писателей — живых и ушедших — Вы хотели бы собрать для дружеской беседы под зеленой лампой?

Я-то был бы рад их пригласить, да не знаю, стало бы им со мной интересно. И все же: автора первой в истории человечества повести «Скитания Синухета» (ему сейчас исполнилось бы 4 тысячи лет), Гомера, Геродота, Плутарха, а также Луку, написавшего «Деяния апостолов» и одно из Евангелий, и Ибн Хишама, успевшего собрать воспоминания у соратников пророка Мухаммада и создать его Жизнеописание. Боюсь показаться самонадеянным, но, скорей всего, нам было бы полезно обменяться кое-какими мыслями. Жаль, что все эти люди ушли от нас слишком далеко.

8. Какая должна быть погода, чтобы написать хорошую книжку?

Любая.

9. Кто первым читает рукопись Вашей новой книги?

В пору счастливой молодости первыми читали друзья. Например, я был самым первым читателем повести Виктора Голявкина «Мой добрый папа» и кое-каких стихов Олега Григорьева. А сейчас иногда первым читает тот, кто первым купил книгу, ибо бывает, что в издательстве ни редактор, ни художник, ни корректор не читают текст совсем. Зато книга и выходит с анекдотическими опечатками, в которых виноват только автор.

10. Почему Вам нравится быть писателем?

Я никогда бы не смог объяснить, почему полюбил какого-либо человека. Просто полюбил. И все тут. Так же и с писательством. После чтения это самое любимое мое занятие. Хотя иногда устаю от него ужасно. Но оно — главное на всю жизнь.

И В ЗАКЛЮЧЕНИЕ — НЕСКОЛЬКО СТРОК БЕЗО ВСЯКИХ ВОПРОСОВ ИЛИ «МАЛЕНЬКОЕ ПИСЬМО К ЧИТАТЕЛЮ О ЧЕМ УГОДНО»

Однажды я с ужасом открыл, что не знаю, зачем, для чего живу на Земле среди людей. Мне было тогда двенадцать лет, это ужасное открытие осенило меня в трамвае, и я долго метался по улицам, не желая идти домой и надеясь, что все-таки соображу что-нибудь насчет цели своей жизни. Наконец, я устал, добрел до квартиры и, не отвечая на вопросы матери, бухнулся спать. Ночью я просыпался от собственного стона. В следующие годы я прочитал довольно много книг. Они рассказывали о чем угодно: про историю изобретений, про жизнь древнего человека, про мамонтов и насекомых, но только не про меня. Я догадывался, что люди знают какую-то тайну о том, зачем я живу, но спросить у них я не мог — не было у меня тогда такого человека, которому я доверил бы свой вопрос.
Открытие пришло во сне — точно, как Менделееву. Он ведь тоже долго мучился из-за своей Таблицы. Я увидел самого себя стоящим на вершине холма. За левую руку меня держали родители, родителей — бабушки и дедушки, а их — следующие мои предки, которых я даже толком не знал. И вся эта бесконечная цепочка людей уходила в туманную даль — в прошлое человечества. За правую руку я держал своих детей (на самом деле не было у меня тогда никаких детей, это сейчас их трое), а они — своих детей, и те — следующих. Эта цепочка тоже скрывалась в туманной дали — будущем человечества. А я — соединял их всех.
Тогда-то я и понял насчет собственного предназначения и цели жизни каждого человека: любой из нас соединяет всех прошлых людей с людьми будущими и передает им все то доброе, что было сделано раньше. У каждого человека на Земле — есть своя такая цепочка. А все вместе эти сплетенные цепочки называются человечеством.
Проснувшись, я уже знал, что рожден не зря. И еще я понял, что кем бы мы ни были: хоть писателями, хоть водопроводчиками или пастухами, главное наше дело —передавать все доброе и хорошее в будущее время. Все мы — разные люди, каждый из нас — единственный человек во всей истории Вселенной. Никогда такого человека, как любой из нас, не было на Земле и не будет; нас разделяют далекие расстояния и многие годы, и все же мы сильны, мы живы, когда все мы — вместе, когда сплетены в единое человечество.
С тех пор прошло сколько-то лет, и я узнал, что мудрые философы придумали свои ответы на мучавший меня вопрос. Возможно, свой ответ есть вообще у каждого человека. Но если у вас пока нет такого ответа, возьмите хотя бы мой — мне он здорово помогает.
Спасибо.