наверх
Ника Гольц. Книжная и станковая графика
30 апреля 2012

Гольц Н. Г. Книжная и станковая графика / Ника Гольц ; [предисл. Н. Гольц]. — Москва : Издательский Дом Мещерякова, 2012. — 152 с. : ил. — (В мастерской художника).

Для того чтобы выставочный каталог превратился в книгу, нужно совсем немногое — нужно об этом подумать. Найти художника, который действительно прекрасен. Добавить новые работы или те, которых не хватало. Позаботиться о безупречном (по возможности) полиграфическом воспроизведении. А потом умело структурировать весь материал, чтобы вместо приятного, но хаотического «блуждания по выставке» на страницах нового издания сложился образ мастера, и ненавязчиво, как будто сам собой обозначился долгий творческий путь.

Именно такое счастливое превращение произошло с репродукциями книжной и станковой графики Ники Георгиевны Гольц. Каталог, доставшийся редким счастливчикам на её выставке несколько лет назад, стал полноценной книгой, которую можно купить в магазине или внимательно рассмотреть в библиотеке.

Знатоки и поклонники сказочного образа жизни сразу увидят, какие щедрые подарки прячутся под обложкой 2012 года. Раньше среди иллюстраций к «Маленькому принцу» не было одной из самых лучших — той, где нездешний лёгкий мальчик летит по небу среди стаи птиц. А сборник сказок Э.Т.А.Гофмана «Королевская невеста» в год издания каталога вообще не существовал, и только теперь стала видна милая «детская» улыбка художника на самом кончике тоненькой кисточки. И «Французских народных сказок» в прошлом издании не было, и «Шотландских…» тоже. Зато теперь целый разворот, посвящённый сказке «Принцесса-мышка», смотрится как изящная загадочная картинка, на которой среди людей и коней не сразу отыщешь крошечную «принцессу». Наконец, не было Шекспира, потому что «Сон в летнюю ночь» с иллюстрациями Ники Георгиевны только готовится к публикации, однако для Издательского Дома Мещерякова было сделано исключение, и отдельные графические листы опередили будущую книгу.

Всё это радует. Но главная заслуга нового художественного рассказа о творчестве Ники Гольц вовсе не в количественных дополнениях. На третьей странице этого издания есть вполне традиционный заголовок «Содержание» и два столбика с перечислением конкретных позиций. Можно найти страницу 36 и увидеть, как художник Гольц представляет себе и нам фантазии Гофмана, или (на странице 76) — Погорельского, или — Гоголя, Перро, Андерсена, таких разных… Вместо произвольно перетасованной колоды выставочного указателя — чётко выделенный раздел сказочных сборников, маленькие, но великолепные циклы станковой графики. Эта простая, умная структура, эта стройность взгляда поддержана деталями, из которых рождается взаимопонимание, контакт с художником. Иногда бывает достаточно тонкой линии и небольшого изменения в масштабах репродукций. Очень поучительно, например, сравнить, как поданы раньше и теперь одни и те же иллюстрации к английским, шотландским, персидским сказкам. Едва заметная «рамка» для каждого изображения, точно выбранная работа, которую следует показать не мельком, а в полный рост, — и вот уже зрительский взгляд становится пристальным, не скользит, а пытается проникнуть.

Особой благодарности издатели заслуживают за то, чего они не сделали. Как велико искушение поговорить о художнике, особенно таком, как Ника Гольц! Однако на сей раз ИДМ тактично сохранил позицию первоисточника: в книге есть только информационный перечень биографических дат автора, список основных произведений и — предисловие, написанное самой Никой Георгиевной. Её коротких слов хватило на всю книгу. Особенно стоит задуматься над строкой, которая в первую минуту кажется парадоксальной: «В конце концов понимаешь, что, в сущности, история изобразительного искусства есть история иллюстрации».

Ирина Линкова