наверх
Поэтические сборники Елены Липатовой, Маши Лукашкиной и Петра Синявского
30 июня 2012

Липатова Е. В. Кошки-собаки : [сб.] / Елена Липатова ; рисовала Александра Семёнова. — Москва : Октопус, 2012. — 96 с. : ил. — (Радуга-дуга).

 

Лукашкина М. М. Розовые очки : [стихи] / Маша Лукашкина ; рисунки Ольги Боловинцевой. — Москва : Октопус, 2012. — 48 с. : ил. — (Радуга-дуга).

 

Синявский П. А. Цирк синьора Макаролли / Пётр Синявский ; рисовала Светлана Баделина. — Москва : Октопус, 2012. — 48 с. : ил. — (Радуга-дуга).

В серии «Радуга-дуга» очередное пополнение — сразу три поэтических сборника. О каждом можно было бы рассказать отдельно, но они пришли вместе такой славной, тёплой и дружной компанией, что их просто не хочется разлучать.

Автор первой книги — Елена Липатова. Семь лет назад в «Октопусе» у неё уже выходил сборник «Выворот-нашиворот», причём в той же самой серии. С тех пор «Радуга-дуга» поменяла формат и вообще заметно преобразилась: стала и ярче, и лучше, и разнообразнее. В книжку «Кошки-собаки» вошли стихи из предыдущего сборника и совсем новые — ничуть не хуже «старых». Они так же остроумны и изобретательны, а главное, раскрывают талант автора не только как поэта, но и как переводчика.

Ещё в 2005 году мы убедились, что Елена Владимировна может дословно «перевести» разговор Шляпы и Зонтика или спор правого ботинка с левым. Но в этот раз произошёл совсем уникальный случай: к ней обратились два начинающих поэта — соседский кот Прохор Тимофеевич и пёс Рыжик — с просьбой донести их творчество до людей. Естественно, Елена Липатова не смогла отказать близким знакомым. Так в её книге появились два самостоятельных цикла, объединённых только именем переводчицы. Чтобы не ущемить никого из мохнатых дебютантов, приведём из каждого по одному маленькому стихотворению:

Все ушли —
А я скучаю…
Вот возьму —
И ОДИЧАЮ!!!
«Обида» (Прохор Тимофеевич)

Ветер. Тучи. Дождь осенний.
Мухи смотрят с потолка…
Я весь день грызу печенье,
А меня грызёт тоска.
«Кто кого?» (Рыжик)

Маша Лукашкина — тоже переводчик. Правда, переводит она всё больше человеческих поэтов. В том же «Октопусе» в прошлом году вышел знаменитый «Детский цветник стихов» Роберта Льюиса Стивенсона, и Мария Михайловна выступила в нём как талантливый переводчик и как не менее талантливый составитель и автор предисловия. И вот теперь увидела свет её собственная книга. «Розовые очки» — это не только название сборника, но ещё и мироощущение. Мироощущение очень храброго человека, который позволяет себе смотреть на мир подобным образом, и очень отважного поэта, который не боится поделиться с читателями своим оптимизмом и подарить крайне редкое сейчас чувство уверенности и защищённости.

— Знаешь, там за занавеской
кто-то дышит и молчит…
— Это кит.
— Чья-то тень крадётся — видишь? —
по стене на потолок…
— Это волк.
— Кто-то скрипнул дверцей шкафа…
— Домовой.
— Отчего ж тебе не страшно?!
— Ты со мной.
«Разговор в тёмной комнате»

Наконец, третий участник нашей весёлой книжной компании — Пётр Синявский. Поэт, музыкант (между прочим, гитарист!), художник и настоящий экспериментатор. Насчёт художника я не оговорилась. Пётр Алексеевич хоть и не притрагивается к масляным краскам, но живой портрет может нарисовать буквально несколькими словами:

Красная капелька в чёрную точку
К солнышку в гости ползёт по листочку.

Узнали божью коровку? Еще бы!
Ну, а то, что Синявский — экспериментатор, вообще ни для кого не секрет. Не первый год по стране ходит описание нескольких его наиболее удачных опытов:

Чтобы букву
        Мягкий Знак
Сделать твёрдой,
        делай так:
В холодильник
букву брось
И морозь,
        морозь,
              морозь.

Раз не затвердела —
Вновь берись за дело.

«Как твердеет Мягкий Знак»
 
Чтобы букву Твёрдый Знак
Сделать мягкой, делай так:
Ты вари её, вари
Два часа, а лучше три.

Раз не помягчала —
начинай сначала.

«Как мягчает Твёрдый Знак»

Название сборнику Петра Синявского дало его очень длинное стихотворение «Цирк синьора Макаролли» — почти поэма. Цирковые представления нередко превращались в детские стихи (вспомнить хотя бы знаменитый «Цирк» Самуила Яковлевича Маршака), но кажется, ни один поэт до Синявского не совмещал цирковую арену и обычную кухню!..

Вот такие книжки вышли на этот раз в «Октопусе», добавив «Радуге-дуге» ещё несколько новых оттенков.

Ирина Казюлькина