наверх
Игорь Ефимов. Таврический сад
31 августа 2012

Ефимов И. М. Таврический сад : [повесть] / Игорь Ефимов ; [сост. и оформл. серии И. Бернштейна ; ил. Д. Боголюбовой-Кузнецовой]. — Москва : Самокат, 2012. — 149 с. : ил. — (Родная речь).

«Игорь Ефимов продолжает великую традицию русских писателей-философов…» (Иосиф Бродский).

Это «писатель просто большого класса…» (Василий Аксёнов).

Стоит ли после этого ещё что-нибудь говорить?

Но классики высказались по поводу конкретных взрослых произведений Игоря Ефимова, а «Таврический сад» — не взрослая книга. Это книга для ребят. Не детей и не подростков, а именно так — ребят. Тех, что дружили и дрались в послевоенных городских дворах, подглядывали через забор, как пленные фашисты строят заново разбитые бомбами ленинградские дома, а летом, уезжая в лагерь, испытывали изумление и восторг от настоящего леса.

Ещё это книга для себя. Причём процент автобиографичности непринципиален. Весь текст — одна большая волна исповедальности, желания сохранить родное, распахнуть себя до самых-самых сокровенных глубин, где происходят главные человеческие открытия, события и перемены. И совершенно неважно, что герой повести — мальчишка, а писатель — взрослый человек. Старшему не пришлось специально прикидываться, чтобы почувствовать себя младшим. Он просто рассказал о своёмдетском взрослыми словами.

Честно говоря, не очень-то взрослыми. Повесть «Таврический сад» — всего лишь вторая опубликованная книга молодого Игоря Ефимова. Она вышла впервые в 1966 году и, поверьте, читалась тогда распахнутыми глазами.

Эта небольшая книжка — мечта любого воспитателя. В ней есть всё, что необходимо для становления молодой личности: и проблема выбора между добром и злом, и борьба с самим собой, и ошибки, и преодоления, и обретение чувства собственного достоинства, о котором на последней странице автор пишет так: «…с этим достоинством своим, которое залезло в меня неизвестно когда и откуда, я ещё наплачусь и хлебну горя, но тут уж ничего не поделаешь, — я его ни за что не отдам и буду защищать изо всех сил…»

Нет никаких сомнений в том, что ровесники автора перечитают «Таврический сад» с глубоким ностальгическим вздохом, — не столько о своём детстве, сколько об «оттепельной» юности, когда говорить, думать и писать полагалось именно так. Взрослые помоложе, желающие детям полезного чтения, с огромным удовольствием возьмут эту книгу на вооружение (недаром издательство «Самокат» поместило её в серию «Родная речь» с комментарием «новая русская классика»). Но только реальный читательский спрос покажет, насколько жизнеспособен такой лирический, такой доверительный «разговор с ребятами», которых теперь полагается называть тинэйджерами.

Ирина Линкова