наверх
Виктор Драгунский. Он упал на траву…
28 февраля 2013

Драгунский В. Ю. Он упал на траву… : [повесть] / Виктор Драгунский ; [сост. и оформл. серии И. Бернштейна ; послесл. С. Дудкина ; ил. М. Волохонской]. — Москва : Самокат, 2013. — 158 с. : ил. — (Как это было).

Первой книгой новой серии издательства «Самокат» «Как это было», посвящённой военному прошлому, стала автобиографическая повесть Виктора Драгунского. Как следует из редакторского комментария, произведение восстановлено: убраны многочисленные купюры. К тексту прилагается своеобразный «аппарат» — статьи, дающие ответы на самые простые, казалось бы, но очень важные вопросы: как вообще враг мог оказаться под Москвой? почему её сразу же не разбомбил? 

Предполагается, что дополнениями будет сопровождаться каждый выпуск серии. Такой синтез литературы и истории, позволяющий рассмотреть публикуемую книгу как документ эпохи, можно только приветствовать.

Драгунский совпадает со своим героем в том, что не был призван на фронт по состоянию здоровья, однако ушёл добровольцем. Оба служили в театре. При минимуме художественных средств в повести возникает эффект словно «подёрнутой дымкой», оставленной, невозвратимой театральной жизни и любви. Не менее убедителен второй (и главный) план — скомканный, нервный быт города, окружённого войной, и рассказ о буднях рабочих батальонов, оказавшихся перед врагом без оружия. Дело не в беллетристических приёмах, а попросту в том, что пишет свидетель.

Вместе с тем подлинный герой повести (каким бы ожидаемым в контексте русской литературы это ни казалось), разумеется, язык. Перед нами стиль по-хорошему, по-забытому безыскусный, свежий и точный. Автор умело пользуется рамками, которые предполагает «литература для юношества», и становится от этого лишь более свободным — без малейшего намёка на причудливость. Драгунский писал в ту пору, когда слова «глубокий тёмно-синий бас» ещё не могли быть пропущены сквозь иронию, игровую рефлексию. Здесь и совсем взрослым людям есть о чём подумать, а ещё есть искушение посетовать, что больше так не пишут. Но лучше в очередной раз насладиться прекрасной ясностью: она никуда не делась и, по большому счёту, даже не осталась в прошлом, коль скоро книгу переиздали.

Кирилл Захаров