наверх
Евгений Ельчин. Сталинский нос
31 мая 2013

Ельчин Е. Сталинский нос : [повесть] / написал и проиллюстрировал Евгений Ельчин ; [пер. с англ. О. Бухиной и Е. Ельчина ; послесл. Б. Беленкина]. — Москва : Розовый жираф, 2013. — 175 с. : ил.

О «Сталинском носе» много пишут и говорят. Это и понятно: тема для детской книги редкая и острая — репрессии 1930-х годов, увиденные глазами девятилетнего мальчика. Повесть написана по-английски выходцем из России Евгением Ельчиным, который вот уже больше тридцати лет живёт в США, и рассчитана в первую очередь на американских детей (в 2012 году она была отмечена дипломом престижной награды — Медали Джона Ньюбери). Будучи художником, Ельчин сам оформил свою книгу — многочисленными чёткими, кинематографичными, порой ядовитыми рисунками, которые усиливают «ударные» моменты текста (так, например, лица «врагов народа» замараны на настоящей, не нарисованной фотографии; изображение длинной очереди тянется сразу на нескольких страницах и т.п.).

Всё самое важное об этой книге, в общем-то, уже сказано многочисленными СМИ, оперативно отреагировавшими на её появление: что это очень нужная книга, поскольку тяжкий опыт репрессий в нашем обществе ещё до конца не осмыслен, и ценна любая культурная попытка это сделать; что особенности своей аудитории (детей 9-12 лет) автор умело учитывает — захватывающее, динамичное повествование разбито на короткие главы, неочевидные реалии поясняются по ходу действия. Книга способна как завладеть вниманием читателя-ребёнка, так и вызвать у него вопросы, вывести на серьёзный разговор. Отмечена критиками и концентрированная (пожалуй, даже слишком) фантасмагоричность повествования (например, в очень точной статье Анны Наринской), и безличность, плакатность передаваемого автором сообщения (см., например, здесь).

Это правда: Советский Союз и 1930-е годы в «Сталинском носе» — скорее абстракция, чем реальность. Ельчин создаёт увлекательную, поучительную, страшную антиутопию, но не выдумывает для неё отдельное фантастическое пространство и «новояз», а берёт их готовыми из советского прошлого. Собственно, автор открыто об этом заявляет«Моя книга написана исключительно для детей, первоначально для американских детей, у которых понятие об истории в целом, и об истории России в частности, довольно туманное. Для них сталинизм, как, впрочем, и фашизм, так же абстрактен, как испанская инквизиция. Поэтому книга моя не о прошлом, а о будущем этих детей».

Российскому читателю стоит иметь в виду дистанцию, отделяющую ельчинскую притчу о Советском Союзе от подлинной истории, которую мы как раз и хотим осмыслить. В «Сталинском носе» показана конструкция Большого Террора, его вездесущесть и хаос. Но вместе с интригующей, пугающей, заставляющей задуматься схемой ребёнку обязательно нужно другое переживание — увидеть, как между балок этой конструкции пульсирует жизнь. Ведь именно она, а не мертвенность ужаса, связывает нас сегодняшних с нашим прошлым. В этом смысле, хорошим чтением после «Сталинского носа» будет «Стена» Петра Сиса (о Чехословакии 1950-1980-х годов), также проиллюстрированная самим автором. В отличие от повести Ельчина, подчёркнуто небиографичной, история, рассказанная Сисом, волнующе, воодушевляюще личная, хоть и написана в сухом жанре нон-фикшн. Яркими красками на сером фоне Сис изображает незатухающую, постоянно дающую новые ростки субстанцию жизни.

Ольга Виноградова