наверх
Виктор Виткович и Григорий Ягдфельд. Сказки среди бела дня
18 июня 2009

Виткович В.С., Ягдфельд Г.Б. Сказки среди бела дня / [Сост. и дизайнер И.Бернштейн; Послесл. И.Бернштейна, М.Лурье; Худож. Н.Кузьмина]. — М.: Теревинф, 2009. — 158 с.: ил. — (Книги для детей и взрослых).
Содерж.: Кукольная комедия; Сказка среди бела дня.

«Есть ли на свете что-нибудь лучше утра 31 декабря! Когда всё впереди: и новогодняя ёлка, горящая разноцветными огнями, и подарки, которые тебя уже ждут, но ты не знаешь какие, и новогодние пироги впереди — румяные, пышные, выпеченные из самой белой муки, купленной в городе Ярославле по сорок шесть копеек за килограмм!»

Если честно, я не помню времён, когда мука была по сорок шесть копеек, зато отлично помню часы, проведённые со сказками Виктора Витковича и Григория Ягдфельда.

Не может быть, чтобы эти славные имена ни о чём вам не говорили! Но даже если и так, не беда. Илья Бернштейн, составитель серии и автор завершающего книгу «Послесловия (для взрослых)», охотно и в подробностях обо всём вам расскажет. Например, о том, что Григорий Борисович Ягдфельд (1908-1992) был исключён из Союза писателей после печально известного постановления «О журналах “Звезда” и “Ленинград”», где он был упомянут, и много лет не печатался. Или о том, что судьба родившегося в Женеве Виктора Станиславовича Витковича (1908-1983) скрывает в себе множество тайн и неясностей, и это странным образом соотносится с его сказками, секрет которых так до конца и не разгадан.

Что касается литературных родственников, то одного из них соавторы указали прямо: повесть «Сказка среди бела дня», давшая название всему сборнику, посвящена памяти Евгения Шварца. Если копнуть поглубже, можно выйти и на «Серапионовых братьев», а через них и на самого Э.Т.А.Гофмана. Чудеса в сказках Витковича и Ягдфельда в самом деле происходят «среди бела дня», то есть посреди самой обычной, привычной и легко узнаваемой нами действительности. Но что это за чудеса!

Можете мне поверить, ни у кого из писателей, творивших в советские годы, вы таких чудес больше не встретите. Достаточно сказать, что в вышедшей в 1957 году «Сказке о малярной кисти» (ей не нашлось места в этой книге, но издатель всерьёз подумывает о следующей) уже вовсю хозяйничали… вампиры! «Если бы у них хватило умения, они погрузили бы весь мир в сумерки. Когда их королю приходилось вылетать днём по какому-нибудь неотложному делу, вокруг него поднимались в воздух тысячи подданных, закрывая крыльями солнце».

В «Сказке среди бела дня», известной ещё и как «Снежная сказка», разворачиваются события, поистине леденящие кровь, в полном соответствии с названием и зимним временем действия. Не желающий уходить Старый год создаёт себе зловещих помощниц. Он оживляет огромных снежных баб, которым даёт жуткие имена: Продажная душа, Бумажная душа и Чёрная душа. Старый год хочет навсегда остановить течение времени, а для этого ему нужно любой ценой остановить сердце снежной девочки Лёли, вместо которого у неё в груди тикают маленькие игрушечные часики. И если бы не мальчик Митя, страшно подумать, что могло бы случиться!

В «Кукольной комедии», несмотря на легкомысленное название, тоже происходят вещи пугающие. Волшебник Могэс превращает девочку Лилю (и если бы только её!)… в куклу! Живую девочку — в куклу!

«У Таты сердце заколотилось ещё отчаяннее. Со страхом ждала она у замочной скважины, что будет.

Могэс подошёл к Лиле, поднял её двумя пальцами за платье и сунул в свой чемоданчик. <…>

Ни жива ни мертва, Тата кинулась к постели и нырнула под одеяло».

Ах, как сладко было бояться, читая сказки Витковича-Ягдфельда, и в волнении, внутренне трепеща, перелистывать книжные страницы! Думайте, что хотите, но удивительные сюжеты «“чёрных” фантастов “Детгиза”», как полусерьёзно-полушутя называют эту писательскую пару, не вмещаются в традиционные рамки детской сказочной повести с воспитательным подтекстом. Взрослые, конечно, уловят спасительный дух иронии, азарт увлекательной литературной игры, а вот дети… Дети выберут сами — бояться им или смеяться.

Серия молодого издательства «Теревинф» называется «…для детей и взрослых», и первая причина подобной двуадресности усматривается сразу: это книги из нашего прошлого — далёкого и не очень. Книги, которые читали и с ностальгией вспоминают папы и мамы, дедушки и бабушки. Книги, которые, в силу той или иной несправедливости, исчезли из обихода и которые очень бы хотелось вернуть, потому что они многое для нас значат.

Пока издательство выпустило три книги: кроме сказок Витковича и Ягдфельда, это повесть австрийской писательницы Веры Ферра-Микуры «Двенадцать человек — не дюжина» и сборник чешского прозаика и поэта Людвика Ашкенази «“Собачья жизнь” и другие рассказы». Все три отличаются редкой продуманностью и во многом забытой издательской культурой — каждую книгу сопровождает обстоятельное и содержательное послесловие, где рассказывается и об авторах, и о переводчиках, и о художниках-иллюстраторах.

Уверен, что мы ещё не раз поговорим о книгах издательства «Теревинф».

Алексей Копейкин