наверх
Левин В.А., Муха Р.Г. Между нами: Стихи, сказки и развлечения для общения с детьми
25 апреля 2009

Левин В.А., Муха Р.Г. Между нами: Стихи, сказки и развлечения для общения с детьми / Ил. С.Ивановой; Худож. оформл. и макет А.Наумова. — М.: Октопус, 2009. — 109 + 83 с.: ил.

Очень редко появляются книги детских стихов, которые смело можно раскрыть на любой странице:

Вчера Крокодил улыбнулся так злобно,
что мне до сих пор за него неудобно.
* * * 
Еду я, еду верхом на Коне,
не знаю, что думает Конь обо мне.
* * * 
Раз, два,
три, четыре.
Сосчитаем дыры в сыре.
Если в сыре много дыр,
значит, вкусным будет сыр.
Если в нём одна дыра,
значит, вкусным был вчера.

Обложка книги В.Левина и Р.Мухи «Между нами». Худож. С.ИвановаИ вот так — целых сто больших страниц. Даже сто с хвостиком! А вокруг — картинки… Как будто бы очень разноцветные, но какие-то на редкость тактичные. Как будто бы опасно большие, но совершенно строчкам не мешают, даже обнимают их иногда, поддерживают сверху-снизу-сбоку, и воздуха на странице — вволю. А буквы? Вот если бы кому-то эта книга ещё раньше понравилась, а тиража не хватило (пять тысяч экземпляров), и если бы этот кто-то бережно, старательно переписал все стихи от руки, тогда, наверное, и получились бы такие буквы: для глаза (взрослого глаза) удобные, но при этом нестандартные, мягкие, почти домашние. Короче, не книжка, а одна сплошная удача, причину которой очень хочется понять.

Много лет назад я была довольно близко знакома с одним трёхлетним задумчивым мальчиком, и однажды, услышав взрослые стихи о звёздах, он, продолжая ковыряться в дачной песочнице, спросил: «А стихи про траву бывают? А про деревья? А про меня?..»

То, что происходит на страницах сборника «Между нами», не просто ответ этому дотошному джентльмену. Прямо на наших глазах всё, что есть на белом свете, превращается в стихи. Не потому, что поэт почесал в затылке: «А не написать ли мне про полезную корову?» — но исключительно потому, что даже корова, если на неё посмотрит поэт, может легко превратиться на некоторое время в короткий трогательный стишок. А потом пойдёт дальше.

И не спешите ухмыляться. Про поэму, которая «шествовала медленным быком» в заболоцких «Метаморфозах», не помнит разве что неграмотный. Зато очень мало существует людей, которые знают и искренне верят, что поэзия для детей — это именно поэзия, тот самый упругий виток в метаморфозах человеческого сознания. Только это редко случается, и очень редко современные детские поэты дают повод поговорить о высоком. В данном случае нужно крепко держать себя в руках, чтобы не удариться во всякие литературоведческие восторги, не углубиться в текстуальный анализ, тряхнув давней филологической молодостью, и не превратить скромный библиотечный сайт в арену теоретических дебатов.

Очень простое животное — лошадь,
С виду мила и характер хороший.
        Лошадь
        за стол никогда не садится.
        Лошадь
        в постель никогда не ложится.
                    Ест она
                    стоя.
                    И спит она
                    стоя.
                        Лошадь —
                        животное очень
                                                простое.

Вот если бы про эту «Просто лошадь» самый успешный студент филфака не сумел написать развёрнутую курсовую (кольцевая композиция, мелодика стиха, графическая игра с расположением строк и т.д., и т.п.), я бы с этим глупым студентом перестала здороваться.

Да что говорить! Пусть кто-нибудь, уже не студент, объяснит мне редкостный феномен: как это два отдельных, вполне самодостаточных поэта сумели так «сговориться», что в результате получилась совершенно цельная книга — единая атмосфера, в которой особенно хорошо слышны оттенки каждого голоса? Чаще всего крошечные стихотворения (многие короче японских танка) подписаны фамилией одного автора. Иногда (как в случае с «Просто лошадью») перед нами совместное творчество, а иногда и вовсе начинается поэтическая игра, неожиданный «турнир», в котором, если читатель захочет, можно даже выбрать победителя.

Вот Рената Муха дарит нам (иначе не скажешь!) шесть строчек под названием «Стихи про это»:

Всю ночь, с темноты до рассвета,
на ветке сидела Сова.
И песню сложила про это.
И песню сложила про это.
И песню сложила про это.
А утром забыла слова.

Маленький человек от такой «песенки» должен заулыбаться, засмеяться и, может быть, даже запрыгать. А большой… Послушайте, да за одну только расстановку знаков препинания в этих шести строчках хочется бежать к автору «с цветами и подарками»! Стоит ли удивляться, что Вадиму Левину сочинение Ренаты Мухи так понравилось, что он тут же сочинил своё? Даже два. В одном его стихотворении одиннадцать строчек, в другом — целых двадцать, и оба они — про ту же самую забывчивую Сову, только с подробностями. (Кстати, портрет огорчённой Совы особенно удался художнице Свете Ивановой. Честное слово, именно так выглядишь поутру, если «забыл слова».)

О союзе маленьких и больших читателей, который может сложиться над страницами этой книги, следует сказать особо. Некоторое время тому назад до массового сознания производителей печатной продукции (издателей и сочинителей) дошла, наконец, простая мысль о том, что, созидая книгу для маленького ребёнка, нужно иметь в виду его родителей — неизбежных посредников между печатным словом и «читателем», не владеющим грамотой. И началось… Когда идея овладевает толпой, она тут же становится опасной и почти неизбежно утрачивает первоначальный смысл. В случае с текущей детской литературой этот механизм сработал на все сто: чуть ли не на каждой теперешней книжице запечатлён дружеский совет: «Книга для чтения родителями детям». Или нечто в том же духе. Часто издатель клятвенно обещает, что удовольствие получит «вся семья»: папа & мама & бабушка с внуком… Хорошо, если такой бонус и вправду выпадает один раз из десяти, а то и двадцати изданий.

Сборник «Между нами» стоит в этом потоке отдельно, потому что перед нами поэзия другого художественного уровня, и она способна доставить удовольствие взрослому человеку независимо от присутствия ребёнка.

              
Ливень пошёл
            напрямик через лес.
Но заблудился в лесу.
                        И исчез.

Для кого написано это стихотворение? Или вот это:

Вчера прилетала какая-то Птица.
Наверное, с нами хотела проститься.

Нужно быть бесчувственным бревном, чтобы не увидеть, как за спиной милых, маленьких, на первый взгляд — почти игрушечных детских стишат красиво и тихо раскачиваются тени больших мыслей и переживаний, как просвечивает сквозь каждую стихотворную деталь настоящий профессиональный литературный опыт. Эти стихи — чтение для всех. Причём — очень современное чтение. Кто из нас не выкрикивал в экстазе звонкие строчки про Мойдодыра, кто не наслаждался вместе с собственным детёнышем историей про то, как «Дама сдавала в багаж…» Но задумайтесь на одну минуту, и вы увидите, что радость от детских стихов бывает разной. Обычно мы рады тому, что можем, как принято говорить, «опять стать детьми». Хоть понарошку. При этом мы хвалим поэта за то, что он сумел посмотреть на мир глазами ребёнка. Книга, о которой сейчас идет рёчь, не склонна к этим традиционным достоинствам. Она устроена иначе. Умело, мягко, абсолютно сознательно авторы вводят в круг детских радостей более изощрённую, тонкую образность, интеллектуальную систему ассоциаций, и это встречное движение не разрушает границы детства, но раздвигает их. Вся целиком эта книга есть не что иное, как побуждение к развитию. А чтобы мы не ошиблись и правильно поняли авторов, есть финальное стихотворение, так сказать, заключительный манифест, который, в отличие от наших смутных комментариев, звучит весьма лаконично:

Жил человек с бородой и усами —
а остальное придумайте сами.
* * *

Оборотная сторона книги В.Левина и Р.Мухи «Между нами» — «Между нами, взрослыми…». Худож. С.ИвановаКак хочется поставить точку! Уютную, добрую точку. Но книга Вадима Левина и Ренаты Мухи состоит из двух частей: в одной — стихи, о которых шла речь, в другой — советы, как организовать и развивать детское чтение.

Наверное, многие придут от этого в восторг. А я целый месяц кручу книжку то так, то эдак и не могу поверить, что части её действительно взаимосвязаны, что те стихи и эти слова писала одна и та же рука. Мне мерещится молодая мама, которая, ещё не увидавши стихов, раскрывает книжку «с другой стороны», а там написано: «Читательское развитие дошкольника проявляется также в том, что переживание литературного произведения продолжается и после завершения чтения, растягивается во времени: кроме первичных читательских эмоций…»

Трудно спорить с человеком, который прав: проблемы руководства детским чтением чрезвычайно актуальны, и беседовать о них с родителями абсолютно необходимо. Но ради всего святого скажите мне, кто придумал сочетать в одном книжном объёме методические разработки обучающего характера и живые стихи, которые говорят за себя сами, которые только и ждут, чтобы их бережно донесли до ребёнка, не отвлекаясь и не отвлекая на пошаговое усвоение материала? И почему в методической части книги, которая тоже заявлена под двумя именами, только краткое предисловие подписано обоими авторами, а основной текст изложен исключительно от первого мужского лица? И неужели действительно нужно последовать совету, который сформулирован на странице номер семь: «Эта книжка только выглядит детской, а задумана для взрослых. Поэтому спрячьте «Между нами» подальше от детей и читайте с потомками только по праздникам. По Праздникам совместного чтения — с весёлыми развивающими играми и серьёзными разговорами по поводу прочитанного».

Чем дольше живёшь, тем реже встречаются книги, которые заставляют волноваться. Я начала работать возле детских книжек пятьдесят лет назад, и острая грань между попыткой пробудить чувство книги и настойчивым обучением чтению всегда разделяла моих коллег на партии Алой и Белой розы. На этот раз я искренне не хочу, чтобы хоть один молодой родитель споткнулся об методический порожек по дороге к хорошим детским стихам, и поэтому, если можно, переверну сборник «Между нами» обратно, другой стороной. Там тоже есть своя седьмая страница, а на ней — стихотворение под названием «Испуганная песенка Слонёнка»:

Мы с мамой
в Африке живём,
а в джунглях жизнь —
                        не шутка:
там страшно ночью,
страшно днём,
а в промежутках
жутко.

Эту песенку сочинили вместе два поэта — Рената Муха и Вадим Левин. Большое им спасибо.

Ирина Линкова