наверх
Филип Пулман. Северное Сияние
11 июля 2003

Пулман Ф. Северное Сияние: [Роман] / Пер. с англ. В.Голышева, В.Бабкова. — М.: РОСМЭН, 2003. — 445 с.

Английский писатель Филип Пулман (род. в 1946 году) живёт в Оксфорде. Здесь он учился, потом учительствовал, читал лекции о народных сказках и викторианских романах в местном Вестминстер-колледже, здесь почти все его знают, следят за его успехами (книги Пулмана удостоены ряда литературных наград), относятся с уважением и многие даже здороваются при встрече (Оксфорд — городок небольшой).

Pulman2Именно в Оксфорде начинаются события, описанные Пулманом в фантастической трилогии «Тёмные начала» (в оригинале названием служит строка из «Потерянного Рая» Джона Мильтона «His Dark Materials»), открывает которую роман «Северное Сияние» («Northern Lights», 1995). Правда, уже в первых главах обнаруживается, что Оксфорд у Пулмана не такой, как на самом деле. И чем дальше, тем больше становится ясно, что перед нами параллельный мир, в котором, помимо привычных Англии, Голландии или Норвегии, существуют Лапландия, Московия и даже Сибирь, где обитают жестокие тартары. Этот странный мир населяют не менее странные люди. Они похожи на нас во всём, кроме одного: каждый из них при рождении получает своего «деймона» — что-то вроде зримого воплощения души (этимология слова «dæmon», собственно говоря, и восходит к значению «сопровождающий дух»), с которым ни в коем случае нельзя расставаться и которое может принимать любой облик до тех пор, пока человек не повзрослеет. Атеист Пулман в буквальном смысле разъял тело и душу, за что верующие из числа оголтелых немедленно обозвали его сочинение «антихристианской фэнтези».

Как бы там ни было, в мастерстве рассказчика и изобретательности фантазии Пулману не откажешь, да и сам он считает себя прежде всего рассказчиком, «сочинителем историй». Ни на минуту он не даёт читателям заскучать и затевает повествование с того, как двенадцатилетняя Лира со своим деймоном Пантелеймоном спасает от смерти лорда Азриэла, которому Магистр Иордан-колледжа, где живёт девочка, подсыпал в вино отравленный порошок.

Pulman1Лира желала бы вырваться из стен Иордан-колледжа, и она просит лорда Азриэла, отважного полярного исследователя, которого привыкла считать своим дядей, взять её с собой на Север, где бродят бронированные медведипанцербьёрны, летают ведьмы, а с небес сыплется загадочная Пыль, и в свете Северного Сияния проступают очертания призрачного города. Она не подозревает, что вскоре путь её будет лежать именно туда, и не особенно над этим задумывается — воюет с мальчишками, лазает по крышам и исследует таинственные подземелья и крипты Иордан-колледжа, оставшиеся ещё со Средних веков. А между тем, по городу распространяются зловещие слухи о так называемых Жрецах, будто бы похищающих детей для каких-то неясных, но достаточно жутких целей…

Кое-кто из журналистов не нашёл ничего лучше, как назвать Лиру «Гарри Поттером в юбке», хотя, откровенно говоря, у неё нет ничего общего с этим очкастым везунчиком, скорее уж, с Томом Сойером или, может быть, крапивинскими мальчишками. Впрочем, и издательство «РОСМЭН», как следует нагревшее руки на Гарри Поттере, тоже старается «протолкнуть» «Тёмные начала» на волне его популярности. Признаюсь, ни за что бы не купил за сто с лишним рублей книгу без иллюстраций, изданную на дешёвой бумаге, да ещё с нескромно-крикливым слоганом на задней обложке «РОСМЭН — МЫ ИЗДАЁМ СЕНСАЦИИ!», если бы заранее не был наслышан о Пулмане и не ждал с нетерпением русской версии «Тёмных начал». Хорошо, конечно, что теперь трилогию можно прочесть и по-русски, хотя перевод Виктора Голышева и Владимира Бабкова, в целом более или менее добротный, к вящему моему изумлению оказался лишён блеска и безупречности, которых следовало бы ожидать от столь именитых переводчиков. А ведь, скажу по секрету, это уже вторая попытка «РОСМЭНА» издать Пулмана — тираж его «Полярных огней», выпущенных было в серии «Волшебство продолжается» в переводе О.В.Новицкой, из-за скверного качества оного пустили под нож. Боюсь, что и на сей раз книга эта вряд ли станет «сенсацией», как бы ни тщились «росмэновцы» представить её таковой, но вот событием должна стать непременно, хотя бы и вопреки всем просчётам издателей.

Алексей Копейкин