наверх
Александр Родченко, Сергей Третьяков. Самозвери
03 июля 2014

Родченко, А. Самозвери : [стихи] / Александр Родченко, Сергей Третьяков, [Варвара Степанова] ; перевод на французский Валери Рузо при участии Одиль Белькеддар ; [послесл. О. Мяэотс, А. Лаврентьева]. — Москва : Карьера Пресс, 2014. — 44 с. : ил. — (La collection de trois ourses).

rodchenkoЗа почти девяносто лет, что прошли со времени «изобретения» этой книги (1926), её успели выпустить во многих странах, но только не в России. Здесь она долгое время была легендой, едва ли не одним из символов «авангарда, остановленного на бегу». Дескать, было и такое чудо — единственная книжка Родченко для детей, которая так и осталась гениальным нереализованным проектом. Наконец, в 2012 году в доме Матюшина в Петербурге состоялась выставка, которая так и называлась — «Самозвери». А теперь исправили самую главную ошибку — издали книгу на русском.

Само собой, она удивительная. Более того, производит немного странное «иностранное» впечатление. В первую очередь потому, что в качестве основы использовали французское издание 2010 года, причём сохранили даже тексты оттуда. Но перед нами не билингва, а полноценный «диалог культур», поскольку визуальное и полиграфическое решение нашего издания — этакий перевод уже с французского. Необычно, но, в общем, здорово.

Менее приятно другое: переводить обратно стихи Третьякова, конечно, не стали, а вот тексты на задней сторонке обложки явно перелагались и, скорее всего, при помощи машины. Стиль здесь местами почти телеграфный, описание серии и вовсе курьёзное: «Три медведя бродят по истории искусства <…>, чтобы выделить то, что великие художники создали для детей. Они чтят их имена через события, выставки, каталоги и издания». (Справедливости ради отметим, что в издании это, пожалуй, единственный огрех.)

  • rodchenko3

    Кем-то дворик перепахан,
    Это ходит черепаха...

  • rodchenko4

    Двадцать вёрст в полчаса
    Мчит орловский рысак.

«Иностранцами» выглядят и прославленные фотоработы. Много лет они скитались из одной взрослой книги в другую, теперь же, подаренные детям, смотрятся изысканно, но чуть холодновато. Судя по всему, мы от такого попросту отвыкли, а может быть, не до конца привыкли после затянувшихся каникул. Люди и звери, составленные из «палок-огуречиков» — настоящие герои какого-то эстетского и философского арт-мультфильма. Недаром сами авторы называли свои произведения «мультипликациями».

Все причуды вырезала и сконструировала великая Варвара Степанова, но она почему-то не удостоилась упоминания на обложке. А жаль. Хотя опиралась художница на чертежи того же Родченко, распределять роли в этом союзе — занятие не всегда благодарное. Здесь кстати будет вспомнить, что Степанова говорила о своих работах вообще: «И настолько в моих вещах, несмотря на предметную, как будто, форму, восприятие совершенно абстрактное и беспредметное, что никто из художников, видевших их, не назвал их предметными».

«Палки» и «огуречики» могут быть очень непростыми. Под видом весёлых физиономий, жирафов и слонов к нам подкрадывается самая настоящая беспредметность. Тут и чёрный квадрат неподалёку.

  • rodchenko6

    Лелька с Колькой, нос задрав,
    Повторяют нрав жираф.

  • rodchenko5

    Прыжок, мяук, сумятица,
    Ликует каракатица.

Значит ли всё это, что «Самозвери» — игрушка скорее для совершеннолетних фанатов авангарда? Да нет, не значит. Во-первых, у книжки есть абсолютно утилитарное предназначение: все штучки Степановой и Родченко можно легко смастерить самостоятельно — в том и суть детской конструктивистской книги. Во-вторых, для ребёнка оппозиция «предметное—беспредметное» не будет драматичной. Разъять или соединить в воображении отвлечённый круг и рожицу маленькому человеку проще, чем большому. Степанова это хорошо понимала — она всерьёз изучала детское творчество.

Тех же, у кого останутся вопросы, может успокоить тёплое и очень радостное чувство, которое возникает при чтении самих стихов. Эти энергичные с перебоями строчки выглядят старыми знакомыми — ведь знакомы же мы с Маяковским. Сергей Третьяков создал мир, бесспорно, крайне авангардный, но при этом отчаянно трогательный, по-детски лукавый и немного дурашливый:

Увидать попробуйте,
Чтобы слон ногой передней
Ковырялся
в хоботе.
Слон воспитан и учтив,
Не как люди, но почти.

rodchenko2

Кирилл Захаров