«Смотреть не только глазами, но и сердцем»: Ольга Фадеева о работе писателя-иллюстратора, вдохновляющей деревне и искусственном интеллекте

Пятикратный лауреат международного конкурса «Образ книги», Ольга Фадеева известна как художественными, так и познавательными историями для детей самого разного возраста. Среди них – переизданная в прошлом году летняя повесть «Каравелла и я», а также серия познавательных книг о стихиях, где не так давно вышла новинка «Земля». Мы поговорили с Ольгой об этих книгах, о творчестве в целом и об автобиографической основе для некоторых историй.

Ольга Фадеева

Артём Роганов: Ольга, здравствуйте! Для начала хочется отметить, что разговор с вами для нас особенный. В гостях у «Библиогида» давно не было писателей-иллюстраторов, людей, которые совмещают сразу два типа творческой работы над детской книгой. Сейчас вы себя воспринимаете скорее как пишущий иллюстратор или как иллюстрирующий писатель? Менялось ли как-то это восприятие в процессе вашего творческого пути?

Ольга Фадеева: изначально я себя в большей степени считала иллюстратором, потому что с детства увлекалась рисованием, ходила в художественную школу, а после училась в Институте живописи, скульптуры и архитектуры имени Репина. То есть значительная часть моей жизни была связана именно с изобразительным искусством, в ней не было литературного творчества. Но потом я попробовала сама придумывать тексты для книг и постепенно стала активно писать. Теперь, когда у меня вышло почти тридцать авторских книг в разных жанрах, я называю себя скорее писателем, ведь чаще придумываю сначала текст, а уже затем – иллюстрации к нему. Иногда только, в случае нон-фикшн книг, познавательных жанров, я работаю параллельно над иллюстрациями и над текстом, но в основном текст рождается первым. В общем, сейчас писатель во мне первичен.

Артём Роганов: О чём важно помнить, когда придумываешь одновременно и текст, и иллюстрации? Ведь это, наверное, двойная ответственность за книгу…

Ольга Фадеева: ответственность есть, но мне кажется, что в этой ответственности прежде всего много радости и удовольствия от того, что ты полностью управляешь процессом. Когда я иллюстрирую чужой текст, мне нередко хочется что-то изменить, подправить на свой вкус. Делая же иллюстрации к собственному тексту, я ловлю состояние своего рода абсолютного творчества, так как понимаю – в любой момент можно вернуться к тексту и его улучшить. В итоге всё сходится в единую книгу, где возникает особая гармония авторского замысла, где взаимосвязь текста и рисунка продумана до мелочей. И в процессе тоже, конечно, ощущается куда больше независимости. Всем иллюстраторам, кто об этом задумывается, я рекомендую обязательно попробовать взяться за авторские книги.

Артём Роганов: Одна из первых полностью авторских книг у вас – повесть «Каравелла и я», которой уже больше десяти лет и которую недавно переиздали. Она очень летняя, солнечная. Расскажете, как вы её придумывали?

Ольга Фадеева: Книга «Каравелла и я» во многом автобиографична. Я очень любила проводить лето у бабушки в Старой Руссе, потому что там было чувство полной свободы. Природа, корова, лето… всё это мне очень нравилось. Поскольку я как раз ходила тогда в художественную школу, мне нужно было ещё и рисовать работы на каникулах, практиковаться. И я постоянно делала эскизы деревенских пейзажей, наброски местных котов, портреты бабушки, бабушкиных подружек. Рисовала всё, что меня окружало. А позднее, когда я уже начала писать, вдруг подумала, что у меня сохранились огромные стопки зарисовок, но при этом я ничего о Старой Руссе никогда не писала. И тут же возникло желание это исправить! Захотелось оформить воспоминания, передать ещё и в тексте то ощущение.

Артём Роганов: Вы отметили автобиографичность, и, конечно, любопытно узнать о соотношении правды и вымысла. Где «Каравелла и я» отсылает нас к действительности, а что в ней – придумано?

Ольга Фадеева: Сама деревня, как и моя дружба с коровой, как я её выводила в поле – это правда. Многие иллюстрации вовсе писались с натуры. Проще вспомнить, что было придумано. Например, я, можно сказать, объединила в одну семью мою бабушку со стороны папы и моего деда-моряка со стороны мамы. Имя коровы в книге восходит к названию корабля, и тут очень кстати пришлось моряцкое прошлое моего городского дедушки, которого я тоже очень любила, но который на самом деле не жил в деревне. Потом у меня была идея написать зимнюю «Каравеллу», ведь зимой я тоже туда приезжала, а зима в деревне – совершенно другое, непередаваемое ощущение, отдельный мир, полный красоты. Может быть, когда-нибудь соберусь и всё-таки напишу.

Артём Роганов: «Каравелла и я» похожа на хронику одного лета, в ней много поэтичности, но как будто не так много каких-то громких происшествий, ярко выраженного конфликта. Что для вас было центральной темой?

Ольга Фадеева: Да, в «Каравелле» нет какого-то глобального конфликта добра и зла, как бывает в фэнтези-литературе или в приключенческих книгах. Сюжет здесь в первую очередь психологический, а конфликт – внутренний. Он мягкий, сглаженный, но вместе с тем в повести сталкиваются два мира, два полюса. С одной стороны, восприятие городской девочки. С другой – деревенская жизнь, которая кажется героине иногда непонятной, загадочной. И ещё это история о любви к природе, разумеется. О том, как возникает дружба между человеком и животным.

Артём Роганов: Ваша новинка этого года – книга «Земля» в познавательной серии издательства «Речь». До этого в серии вышли «Звуки», «Вода» и «Ветер». Кажется, у каждой книги тут есть какая-то своя особенность. Например, в «Воде» и «Ветре» были сквозные персонажи – девочка и дедушка, в «Земле» их уже нет... почему так получилось?

Ольга Фадеева: Дедушка с девочкой возникли как раз в качестве прототипов меня и моего дедушки. «Вода» и «Ветер» – взаимосвязанные, морские стихии для меня. Поэтому они позднее легко объединились в одну книгу. И потом, когда я стала писать о звуках, мне показалось, что уместно закончить с этими героями, просто такое возникло внутреннее ощущение. Сейчас я надеюсь продолжить познавательную серию и дальше, хотя после «Ветра» думалось, что я больше никогда не буду писать нон-фикшн. Работа над ним оказалась трудной, ведь нужно рассказывать обо всём достаточно подробно и при этом сохранять небольшой объём. И главная сложность здесь заключается в том, что я стараюсь раскрывать информацию в том числе визуально, в иллюстрациях. Мне важно правильно соединить, выстроить в логичное последовательное повествование текст и рисунок… Но с опытом я научилась делать это и сейчас понимаю, что хочу дальше работать над познавательной серией.

Артём Роганов: Вышедшие познавательные книги объединены в том числе общим стилем?

Ольга Фадеева: В целом да, это сочетание акрила с коллажем и затем небольшая доработка на компьютере. Есть разница в цветовой гамме, безусловно, например, «Земля» выполнена в более тёмных тонах. Под каждую тему требуется какая-то корректировка, возможно, появляются отдельные изменения, но в основном это одна техника и общая стилистика.

Артём Роганов: Что касается иллюстраций, нельзя не вспомнить вашу «тихую» книгу «А в это время…». Что вам запомнилось в создании графической истории совсем без текста? Какие здесь есть нюансы?

Ольга Фадеева: Я, как и большинство иллюстраторов, привыкла опираться на текст, а в случае «тихой» книги появилась безграничная свобода, когда можно рисовать о чём угодно, и вместе с тем нет никакой текстовой зацепки, зато есть необходимость уложиться в двенадцать разворотов. И хотя можно было выбрать для моего замысла любые моменты, любые географические места, я старалась искать максимально разные ситуации, с разным настроением. В итоге визуально и по колориту получилось контрастное наполнение, и эта эклектика многим понравилась. По крайней мере, «А в это время» получила немало тёплых комментариев от читателей и библиотекарей, которые с книгой работали и продолжают работать. История без слов действительно открывает огромный простор для читательского творчества, для занятий с детьми. Вот что меня особенно радует в жанре «тихой» книги.

Артём Роганов: Мы часто слышим, что графическое повествование тоже важно уметь «читать». Вы могли бы дать совет – как лучше понимать язык иллюстраций, на что обращать внимание?

Ольга Фадеева: На самом деле совет простой – смотреть внимательно и смотреть не только глазами, но и сердцем, как бы громко это ни звучало. Важно обращать внимание на оттенки цвета, характер линий и пятен, изменение характера героев на протяжении книги. На настроение иллюстрации часто влияет соотношение цветов, тёплых и холодных, обилие пустого пространства и наполненность рисунка. И тут надо отметить, что это довольно сложно, увидеть все смыслы, которые вложил иллюстратор. На встречах я часто делюсь разными секретами, мыслями, которые вложила в ту или иную иллюстрацию, и читатели порой удивляются, когда я раскрываю какие-то детали. Я бы рекомендовала стараться подмечать в книжных иллюстрациях сквозные образы, визуальные рифмы. Но, опять же, не всегда это просто.

Артём Роганов: Мы говорили о сложности в иллюстрации познавательных книг. А у вас есть какая-то книга, которая, напротив, далась вам особенно легко, почти по чистому вдохновению?

Ольга Фадеева: Иногда текст рождается очень легко. Так было с той же «Каравеллой» или с «Трамвайчиком Дзинь-Дзинь» – историей для самых маленьких, они написались буквально за пару дней, на одном дыхании. А вот иллюстрации делались гораздо дольше. Иногда наоборот – текст занимает больше времени и сил, чем иллюстрации, как, допустим, в случае с «Маленьким бирюзовым автобусом» или с книгой, над которой я работаю сейчас. Это будет новогодняя история, но для среднего школьного возраста, потому что, я уверена, новогодние истории нужны всем – и подросткам тоже. Там, конечно не планируется волшебных чудес и подарков от Деда Мороза, я пишу скорее новогодний детектив с опасными подчас приключениями. Тем не менее, праздничную атмосферу тоже постараюсь создать, обещаю!

Артём Роганов: Напоследок хочется спросить про искусственный интеллект – о нём сейчас много говорят как об угрозе для писателей и художников. Как думаете, это опасная тенденция?

Ольга Фадеева: Если честно, я не очень опасаюсь искусственного интеллекта. Мир меняется, жизнь меняется, менялась до нас и будет меняться после. Тем не менее, основные виды искусства остаются. Никуда не исчезли, например, кино и театр с появлением телевидения. Поэтому я думаю, что всё будет хорошо. Искусственный интеллект может помочь в работе, особенно если умело им пользоваться. И особенно, если им будут пользоваться люди со вкусом и творческой интуицией, надеюсь, они не исчезнут, их станет только больше. Вообще я думаю, что смысл творчества не в том, чтобы выдать какой-то классный продукт, который будет иметь успех. Смысл творчества – прежде всего в самом процессе для тех, кто им занимается, это фантастическое и прекрасное состояние, когда ты создаёшь что-то с нуля. Поэтому тут скорее уместен вопрос, нужно ли это прекрасное состояние делегировать какому-то искусственному интеллекту. Я думаю, что у каждого писателя и у каждого иллюстратора есть что-то уникальное, что нельзя сымитировать. И важно достучаться до этого уникального в себе, в своём видении, тогда никакой искусственный интеллект не сможет нас заменить.

Интервью с Ольгой Фадеевой провёл Артём Роганов