Никулин и Моргунов говорили, что оба они, вместе взятые, не стоят вицинского ногтя, настолько Георгий Михайлович, по их словам, был «дьявольски талантлив». Помимо смешного и трогательного Труса из этой незабываемой троицы (Трус-Балбес-Бывалый), Вицин сыграл великое множество ролей, но при этом главных среди них было не так уж много, всё больше какие-то незначительные, второстепенные, а то и вовсе эпизоды. Но даже из небольшой роли Вицин всегда ухитрялся сделать настоящий актёрский шедевр — на следующий же день после очередной премьеры реплики любого из его героев с восторгом повторяла вся страна, а некоторые тщетно пытались сымитировать неповторимую вицинскую интонацию.

Да что там — даже смех у Вицина был совсем особый, вицинский, неповторимый. Неудивительно, что такая яркая индивидуальность пришлась ко двору в мультипликации (количество озвученных Георгием Михайловичем мультперсонажей поистине огромно) и сказочном кинематографе: он сыграл Доброго волшебника в «Старой, старой сказке», Доктора в «Тени», Берендея в «Весенней сказке», Сахар в «Синей птице», принца Кукимора в сказке «Маринка, Янка и тайны королевского замка», шпиона Фонди-Монди в пародийно-детективном фильме «Руки вверх!»…

А. Копейкин