Евгений Войскунский признавался, что после смерти своего двоюродного брата и соавтора Исая Лукодьянова охладел к научной фантастике, когда-то объединявшей их обоих в художественное целое: «…как-то не поднимается рука вывести подзаголовок: “научно-фантастический роман”.

Что нас сблизило с Лукодьяновым?

Конечно, книги. Ещё не писание книг, а чтение, обмен книгами.

Мой колоссально начитанный двоюродный брат был из особенно любимой мною породы людей — из всезнаек. Разговор он часто начинал так: “А знаешь ли ты, что…” Или: “Послушай, что я вычитал сегодня…” В то время он занимался разработкой легкосплавных труб для бурения нефтяных скважин. Увлечённо говорил о своей главной идее — пластмассовые трубопроводы вместо металлических, — и как-то в наших разговорах вдруг возникла странная, фантастическая картина: струя нефти идёт через море вовсе без труб, в “кожуре” усиленного поверхностного натяжения…»

Лукодьянова восхищал Ломоносов. По словам младшего брата, он испытывал «детское удивление перед его универсальным гением. Любил цитировать: “Вам путь известен всех планет: скажите, что нас так мятет”».

Совместно Войскунским и Лукодьяновым написано не очень много — пять романов, несколько повестей, рассказы. Лучшие из них вошли в классику отечественной фантастики.

А.Копейкин