Бесконечно обращаясь к личности и творчеству Пушкина, мы не всегда задумываемся о том, какие стихи читал сам Александр Сергеевич, на какой благодатной ниве взросло прекрасное древо его поэзии. Между тем, не с Пушкина, но «с Жуковского и Батюшкова начинается новая школа нашей поэзии. Оба они постигли тайну величественного гармонического языка нашего…» (А.Бестужев).
В лицейские годы Пушкин называл Константина Николаевича своим учителем и очень любил его стихи, неизменно восхищавшие читающую публику «лёгкостью, изяществом слога и блестящим воображением». «Это ещё не пушкинские стихи, — отмечал В.Г.Белинский, — но после них надо было ожидать не других каких-нибудь, а пушкинских…»
|
О память сердца! ты сильней
Рассудка памяти печальной, И часто сладостью своей Меня в стране пленяешь дальной. Я помню голос милых слов, Я помню очи голубые, Я помню локоны златые Небрежно вьющихся власов. Моей пастушки несравненной Я помню весь наряд простой, И образ милый, незабвенный, Повсюду странствует со мной. Хранитель гений мой — любовью В утеху дан разлуке он: Засну ль? приникнет к изголовью И усладит печальный сон. |
К началу 1820-х годов из-за настигшей поэта психической болезни его муза умолкла. Однако он успел застать самое начало пушкинского пути в литературе и успел воскликнуть: «О! Как стал писать этот злодей!»
«Батюшков много и много способствовал тому, что Пушкин явился таким, каким явился действительно. Одной этой заслуги со стороны Батюшкова достаточно, чтоб имя его произносилось в истории русской литературы с любовью и уважением» (В.Г.Белинский).
А.Копейкин
| Краткий текст | Константин Николаевич БАТЮШКОВ |
