Константин Паустовский. Сказки
Сказка «Тёплый хлеб» написана в 1945 году, опубликована в первом номере журнала «Мурзилка» за 1954 год. Сюжет её вроде бы перекликается с традиционной народной сказкой и в то же время оригинален. Мальчик Филька, угрюмый и грубый, не стал делиться хлебом с раненным фашистами конём, которого проходящие красноармейцы оставили в деревне. Коня все любили и подкармливали, а Филька – унизил и даже ударил. То ли конь оказался волшебный, то ли сработал сказочный закон возмездия за зло, но на деревню обрушились морозы. Водоёмы промёрзли до дна, и водяная мельница, где нашёл приют конь, не могла смолоть зерно. А значит, крестьяне остались без муки и хлеба. Деревня обречена на голод. И тут Паустовский прибегает к приёму «сказка в сказке». Бабка рассказывает Фильке, что такая же лютая зима уже наступала однажды в этих краях, когда злой местный житель грубо отказался дать хлеба старому солдату-инвалиду. В наказание за жадность и жестокость вслед за аномальной, как сказали бы сейчас, зимой деревня испытала десять неурожайных лет. А сам виновник случившегося «помер от охлаждения сердца».
Совесть понуждает Фильку пойти к мельнику Панкрату и во всём покаяться. Тот советует ему «изобрести спасение от стужи». Филька сам должен исправить дела рук своих. Он убеждает мальчишек колоть лёд возле мельницы, «покамест не дорубимся до воды и не потечёт она на колесо» мельницы. Всё село дружно выходит на работу. И тут читателю предстоит самому решить, что привело к счастливому результату: коллективный труд односельчан или волшебный помощник – сорока, которая, подслушав разговор Панкрата с Филькой, полетела на юг и уговорила летний ветер прилететь и растопить снега. «Так до сих пор никто и не знает, правду ли говорила сорока, или всё это она выдумала от хвастовства», – с мягкой улыбкой замечает Паустовский. Но главное в другом. Каждый: и люди, и птица - внёс свою лепту в общее дело. А самое важное в этой истории – это чистосердечное раскаяние Фильки, то, что он смог перешагнуть через своё упрямство и гордыню и повиниться перед конём. Причём, покаяние его было прилюдным. В присутствии ребят он протянул коню буханку свежего хлеба, а когда конь недоверчиво и испуганно попятился, Филька разрыдался при всех. Это были искренние слёзы покаяния. И Панкрат, который в этой сказке немного играет роль доброго волшебника, говорит коню: «Не пужайся, Мальчик! Филька – не злой человек! Зачем же его обижать? Бери хлеб, мирись!»
Константин Паустовский. Сказки
Иллюстрации классика отечественной книжной графики Геннадия Епишина (1928–2015) здесь, как и в других сказках сборника, помогают полнее раскрыть замысел писателя. Напряжённая и динамичная композиция сопровождает эпизод ссоры коня и Фильки. «Ревела, обезумев, метель, но сквозь её рёв Филька слышал тонкий и короткий свист, – так свистит конский хвост, когда рассерженный конь бьёт им себя по бокам». На рисунке протяжно ржёт, задрав голову, обиженный конь, и в кипящем белом вихре, срывающем солому с крыш, убегает, простирая в ужасе руки, легкомысленный мальчишка.
Холодом так и веет от иллюстрации, на которой изображена скованная морозом деревня. Мертвенно сверкают в лунном свете заснеженные крыши избушек и сугробы, завалившие их чуть ли не под самые чердаки. Винтом уходят в стальное синее небо фиолетово-белёсые дымки из печных труб. Чёрный, мрачный лес на горизонте. Кажется, картина безжизненная и безнадёжная. Но надежда есть, ведь на переднем плане – сорока, летящая над спящими домами. Поджав сведённые холодом лапки, напряжённо вытянув шею, она упрямо машет крыльями, спешит за помощью. Её чёрно-белое оперение гармонично вписывается в композицию иллюстрации, пронизанной величественной тишиной и мертвенным покоем, нарушая при этом эту мертвящую тишину: мы словно слышим бодрый свист птичьих крыльев, несущих надежду.
художник Геннадий Епишин (страница 26)
Другая страница так и пышет жаром раскалённой русской печки, из которой крестьянка вынимает с помощью хлебной лопаты румяные пироги. А рядом другие женщины: кто месит тесто в большой кадке, кто уже разделывает тесто на столе, засыпанном мукой. А около, как и написано в тексте, крутится белый (возможно, уже усыпанный мукой) кот, хвост трубой. И ребятишки тут же: парнишка с нетерпением следит, как, видимо, его мама замешивает тесто. А рядом его маленькая сестрёнка, лепит свой пирожок из теста. За окнами ещё белым-бело от снега, а в комнате тепло и радостно, что подчёркивается яркими цветовыми акцентами: красные юбки женщин, вишнёвого цвета кофточка на девчушке, огненное устье печи, золотисто-коричневая корочка готовых пирогов... И в соседнем доме весело золотится окошко – там тоже пекут пироги.
Щемяще-трогательно изображена сцена примирения Фильки с конём. Конь доверчиво склонился к ладоням мальчика, а тот, скрывая слёзы, прижался к доброй лошадиной морде. Рыже-белая, с лёгкой сиреневой дымкой, цветовая гамма передаёт дыхание весны: ещё лежит на полях снег, но уже появились первые проталины, и показалась рыжая прошлогодняя трава. Ушли морозы, повеяло теплом, надеждой и радостью.
Сказка «Артельные мужички» была написана в 1949 году и впервые напечатана в сборнике «Бег времени» в издательстве «Советский писатель» в 1954 году. Её герои – «дровоколы из Лесного прикола», работящие мужички, каждый «ростом с маленькую еловую шишку». Со своей артелью они берутся за разную работу. Забить в брёвнах избы ходы, которые прогрызли жучки, чтоб дерево не гнило. Почистить часовой механизм настенных ходиков. Собрать муравьиные яйца, которые охотно покупают владельцы птиц. Или напилить дрова жужелице, с чего, собственно, и начинается сказка. Построена она по канонам народной волшебной сказки. Героям предстоит трудная задача: найти в дальнем краю, своеобразном «тридевятом царстве», девушку Машу с золотыми косами, которая заключена под стражу, и освободить её. И тогда наступит благоденствие в том краю, потому что стоит там вечная поздняя осень, нет ни весны, ни зимы, ни лета, нет и урожая. Маша и есть та самая девушка-осень. Свободолюбивый народ той страны захотел подчинить себе «рыжий, злой, гугнивый» властелин «из соседней заморской страны». Когда народ дал ему отпор, он взял в заложники девушку-осень. Но народу, который в беде, приходит на помощь другой народ, пусть невеликий ростом, но такой же труженик. А потом к артельным мужичкам присоединяются односельчане Вари, которая и попросила их освободить Машу-осень. Как и в народных волшебных сказках, всё заканчивается победой над злом, освобождением красавицы девушки, возвращением жизни в привычное русло и, конечно, пиром на весь мир.
художник Геннадий Епишин (страница 90)
Есть в сказке и волшебный предмет – золотой волосок из Машиной косы, который, если его вплести в пояс, способен творить чудеса. Есть и, помимо увлекательного фантастического сюжета, интересные факты о привычках, образе жизни разных лесных зверюшек и птиц.
Читатель наверняка залюбуется нежным, поэтичным портретом Маши-осени, в котором, как и в описании Паустовского, «косы отливают таким золотом, что от них светится вся горница, глаза синие, будто небеса под ржаными полями, …и вся она тоненькая, как травинка». На рисунке Маша – милая девочка-подросток в русском сарафане, а в косы её вплетены разноцветные осенние листья. Если в сказке «Тёплый хлеб» создан волшебный зимний пейзаж, то в «Артельных мужичках» мы видим пленительные пейзажи золотой осени. А иллюстрации к сказке «Квакша» погружают читателя в знойный летний день. Все три сказки словно бы складываются в своеобразную трилогию о том, что времена года должны сменять друг друга в свой черёд.
В сказке «Квакша», как часто бывает у Паустовского, в увлекательный сказочно-фантастический сюжет вплетаются интересные природоведческие факты. Так, героиня сказки – древесная лягушка, которая «предсказывает» дождь. В благодарность за то, что девочка Таня спасла её, лягушка, увидев, как люди страдают от засухи, уговорила ласточек… пригнать дождевую тучу! Животные приходят на помощь человеку в благодарность за добро, как это и бывает в волшебных сказках, но у Паустовского традиционные мотивы обретают неповторимое авторское звучание. Между девочкой и лягушкой возникает настоящая дружба, описанная просто и очень трогательно.
На иллюстрациях к этой сказке – зелень лесов и лугов, синева неба и реки, пленительный «портрет» изумрудно-зелёной лягушки, поющей свою песенку, предвещающую спасительный дождь, под бездонным куполом ночного звёздного неба.
Весенняя сказка – это, конечно, «Стальное колечко». «Сказочно-несказочная» история о девочке Варюше, которой солдат, возвращающийся с фронта, на неприметном полустанке подарил простенькое с виду, но, как оказалось, волшебное колечко, – это история о самом обыкновенном чуде. О чуде жизни на своей родной земле, под мирным небом, отвоёванным в тяжёлых боях против фашистов. Недаром «волшебником» в этой сказке выступает простой советский солдат. Все сказки Паустовского наполнены нежностью к родной стране, свежестью и радостью от недавней Победы, головокружительным и окрыляющим ощущением весны и надежды. Но именно в этой истории просто и чётко выражена главная мысль всего творчества самого, может быть, любимого советским народом писателя ХХ века: «Нигде на белом свете не может быть так хорошо, как у нас в Моховом. Это же прелесть что такое! Не зря ведь дед Кузьма говорит, что наша земля истинный рай и нету другой такой хорошей земли на белом свете!»
художник Геннадий Епишин (страница 38)
Это ощущение передают иллюстрации, акварельно-прозрачные, дышащие свежим весенним ветерком. А какое разнообразие красок, радующее глаз! Здесь и краснотал с белыми пушистыми шариками, расцветающая верба. И золотистые серёжки ольхи. И тёмно-зелёная глубина раскрывшихся ото льда речек и озёр. И нежная голубизна подснежников. И высокое прозрачно-васильковое небо… Сказка «Стальное колечко» впервые была напечатана 1 мая 1946 года в «Литературной газете».
Если действие во всех предыдущих историях разворачивалось в деревне и окрестных лесах и полях, то сказка «Растрёпанный воробей», написанная в 1948 году, – городская сказка. Зимняя, предновогодняя, чудесно создающая праздничное волшебное настроение. И это самая романтическая сказка Паустовского, потому что она – о любви и верности. Мама Маши – балерина Большого театра и готовится к премьере «Золушки». А папа Маши – капитан, который во время войны «потопил несколько фашистских кораблей, два раза тонул, был ранен, но остался жив». Война закончилась, и он вновь в плавании, в этот раз на Камчатке. Уезжая, он подарил жене стеклянный букет и сказал приколоть его к платью, когда она будет первый раз танцевать Золушку. Но нахальная ворона утащила букетик, и спасённый Машей воробей Пашка в знак благодарности решает вернуть украденное. Живописно передан в этой не очень-то и сказочной сказке бой воробьёв с вороной. Но самый трогательный момент – когда Пашка со стеклянным букетом в клюве влетает в Большой театр и передаёт его Золушке. И, может быть, читатель вместе с Машиной мамой даже заплачет в финале, но это будут светлые, счастливые слёзы, потому что «от маленькой радости смеются, а от большой – плачут». Сказки Константина Георгиевича Паустовского дарят ту самую радость, от которой теплеет на сердце и светлеет на душе.
В статье использованы иллюстрации из книги:
Паустовский, К. Сказки / Константин Паустовский ; художник Геннадий Епишин. – Санкт-Петербург. ; Москва : Речь, 2025. – 152 с. : ил. – (Образ Речи).
