Амина растёт в приюте для девочек в провинциальном высокогорном городе, увлекается лётной механикой и мечтает однажды попасть на воздушный корабль. Незадолго до своего четырнадцатилетия она получает шанс осуществить мечту – в местном порту набирают команду для грузового корабля «Робур». Амина бежит из приюта и, назвавшись механиком, впервые отправляется в путешествие по небу, но вскоре выясняется, что её новые коллеги промышляют не совсем законными делами. Вдобавок на «Робур» наложено проклятие загадочных корсов, по слухам, обитающих где-то ещё выше…

Вика Козлова. Амина и проклятый корабль

Новая книга писательницы Вики Козловой – приключенческий роман для подростков, который можно отнести к поджанру аэростимпанка. Обычно аэростимпанк подразумевает мир, где паровые технологии в духе XIX века соседствуют с развитым воздухоплаванием. Подобная эстетика присутствует и здесь, но существенные детали показывают, что перед нами постапокалипсис – будущее после экологической катастрофы, когда в результате таяния ледников многие люди были вынуждены перебраться высоко в горы. Амина тоже живёт в городе среди облаков. Она воспитывается в приюте для девочек – месте хоть и строгом, но не жестоком, действительно дающим кров и какие-никакие навыки. О себе и своём прошлом Амина не знает ничего. У неё есть только стальное перо, вместе с которым девочку нашли ещё в младенчестве. Как нетрудно догадаться, тайна стального пера станет одной из главных интриг повествования. Через популярный образ «сироты в поисках своего прошлого» Вика Козлова раскрывает самобытный мир и любопытную историю взросления в условиях экстремального освоения профессии. Ведь, помимо прочего, Амине действительно предстоит стать настоящим механиком среди тех, кого можно считать воздушными пиратами.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Ночью порт выглядел ещё чуднее, чем при дневном свете. Небо в промежутках между зданиями было сплошь затянуто сигнальными огнями — бусины света на тонких лесках, чтобы какой-нибудь перебравший капер не чиркнул корабельным брюхом о кровельный конёк. На улицах людей почти не было, но из кабаков и пабов доносились пение, ругань и хохот. В одном из переулков кто-то затеял драку, из другого прямо перед Миной выскочил человек в плаще, злобно зашипел на неё, прикрывая лицо капюшоном, и скрылся в ближайшем проулке.

Мина старалась идти быстро, но уверенно, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Она пробиралась к той части порта, где швартовались воздушные судна. Внезапно она поняла, что не знает, какой корабль ей искать, помнит только, что речь идёт о двухтурбиннике.

Она отлично знала, как выглядит днище двухтурбинника, — изучила все картинки в «Базовом устройстве». Но что, если в порту найдётся пара, тройка, с десяток таких кораблей? Модель-то распространённая.

Но Мина зря волновалась — свой двухтурбинник она увидела почти сразу, как только приблизилась к краю утёса. Корабль, именуемый «Робур», стоял на приколе. Паруса ещё опущены, но турбины уже медленно вращаются, готовя махину ко взлёту.

С землёй корабль сообщался узким потрёпанным трапом, у сходней которого Мина с досадой увидела хмурого татуированного великана. Ей было бы приятнее, увидь она там добродушного человечка в шляпе.

Но отступать некуда — Пия наверняка уже выбралась из чулана и подняла шум. Возможно, нескольких хозяюшек даже отправили в порт, чтобы задержать вероломную Мину. Нужно ступить на палубу корабля, тогда её уже точно не смогут вернуть в приют. Поэтому Мина с преувеличенной бодростью прошествовала к великану.

— Ну-у-у... привет! — выкрикнула она тоном, которым мадам Эрхарт здоровалась с ученицами. Мине казалось, что именно так должен звучать голос смелой девицы, опытного механика, бывалого небопроходца.

Великан посмотрел на неё молча и с величайшим отвращением. Словно перед ним не Мина, а дохлый, размазанный ботинком жук, — зрелище, которое лучше бы и не видеть вовсе. Молчание затянулось на несколько секунд, а потом великан, так и не издав ни звука, посторонился, освобождая путь.

Мина шумно сглотнула и стала подниматься по трапу.

Ей этот момент казался легендарным, она почти ждала, что вот-вот заиграет торжественная музыка, налетит пронизывающий порыв ветра или хотя бы раздастся пронзительный крик горного орла. Но ничто, ровным счётом ничто в мире не отреагировало на Мину, открывающую новую главу своей истории.

В полной тишине и ещё ночной прохладе Мина шагнула на палубу. Дыхание перехватило — здесь всё было как на картинках из учебников, как в коротких диафильмах, которые показывали на уроках корабельного дела. Только лучше — объёмнее, настоящее.

Паровой двухтурбинный небоход — одна из первых моделей, вышедших в открытое небо. Разумеется, тогда, сотни лет назад, корабли сильно отличались от современных, но «Робур» был образцовым двухтурбинником, взявшим лучшее от своих предшественников. Его объёмистый пузатый корпус был обшит тонкой, но прочной сталью. В «животе» корабля пряталась вся механическая начинка, топливные баки и парогенерирующая машина. Мина внимательно осмотрела корпус и по расположению слабо дымящих вентиляционных отверстий определила, где размещены генераторы. Она почти почувствовала, как внутри, за шпангоутами корабля медленно, на низких оборотах, бьётся его паровое сердце.

Примерно треть палубы «Робура» занимали жилой и рулевой блоки. Воздушные путешествия славятся быстрой переменой погоды, пронизывающими ветрами, частыми бурями, поэтому особое внимание уделяется внутреннему устройству. Мина нахмурилась, вспоминая, потом прошептала себе под нос: «Дюжина». На «Робуре» должно было быть не менее дюжины закрытых помещений: рулевая рубка, капитанский мостик, по меньшей мере три офицерские каюты, кубрик, камбуз, трюмы — с провиантом, грузовой, парусный, топливный. И наконец, машинное отделение.

В фальшборты по всему периметру были вмонтированы тепловые пушки — они обеспечивали комфортную температуру и не давали палубе обледенеть на больших высотах.

На палубе, несмотря на ранний час, царила деловитая суета. Люди сновали туда и сюда, готовясь к скорому отлёту. Мина таращилась в оба глаза: она насмотрелась на разный люд в городе и особенно в порту, но экипаж «Робура» не переставал её удивлять. Вот две абсолютно одинаковые девчонки, на вид чуть старше Мины, в плотных костюмах техникесс, проверяют укреплённые на мачтах тросы — одна вскочила другой на плечи, та стоит, покачиваясь и покряхтывая, и руганью поторапливает вторую.

Вот по палубе прошла высокая, крепко сложённая женщина в лётницком костюме — Мина смотрела ей вслед раскрыв рот. Стать, широкие, гордо расправленные плечи, волна шёлковых чёрных волос спускается ниже спины, а вместо правой руки — пустой, обрезанный рукав.

А вот и давешний знакомый — щуплый невысокий зазывала. По случаю отправления он нарядился в тёмно-синий, расшитый золотыми цветами камзол и украсил голову полосой золотистой ткани, завязанной пышным бантом на затылке. Мина обрадовалась, увидев знакомое лицо, и поспешила поприветствовать.

— Здравствуйте! — затараторила она, словно со стороны слыша свой несколько взвинченный голос. — Я Мина, я... кхм, да, откликнулась на ваше приглашение в порту, и теперь я тут. Вот.

Она говорила сбивчиво и путано, не зная, что хочет услышать в ответ. Простого «привет!» было бы достаточно. Или хотя бы тёплой улыбки.

Но человечек вёл себя совсем иначе, чем несколько часов назад. Ни намёка на бодрый и дружелюбный тон. Если бы не экстравагантный наряд, Мина и не узнала бы в нём весёлого и бойкого крикуна. Он посмотрел на Мину тусклым взглядом больной птицы и молвил:

— А:?.. Ну что ж, ну что ж...

— Я Мина! — почти выкрикнула она. — Вы меня что, не помните?

— Леди-из-приюта. Сиротка, — бесцветным голосом сказал человечек. — Механик.

Мина вообще-то не была уверена, что должность механика — это то, что ей нужно. Она думала, что, добравшись до корабля, договорится исполнять обязанности помощницы механика или даже рядовой аэростьерки, чтобы сперва набраться опыта. Но сейчас она так обрадовалась, что её всё же вспомнили, что яростно закивала.

— Ну что ж, — повторил человечек всё так же тихо и безучастно. — Надеюсь, ты довольна.

Он повернулся к Мине спиной, отошёл к фальшборту и уставился на город. Разговор был окончен.

Мине показалось, что у неё кружится голова, она обернулась, словно искала что-то, — и получила в лицо пыльным свёртком с каким-то тряпьём. Мина с трудом удержала тюк в руках и услышала скрипучий, словно заржавевший голос:

— Новенькая?

Мина кивнула. На неё смотрел пугающе волосатый старик — на голове у него росла настоящая грива, плавно перетекавшая в кустистые брови, пышные усы и растрёпанную бороду. Из этой буйной растительности выглядывали тугие скулы, над которыми размещались два глаза. Один обычный — сильно покрасневший, слезящийся, прикрытый складками века. А на месте второго тускло блестел литой бронзовый шарик с выгравированным зрачком.

— Новенькая? — повторил он.

— Новенькая, — торопливо сказала Мина. — Я... Мина.

Старик склонил голову набок. Бронзовый глаз прокрутился, с небольшим запозданием следуя за движением головы.

— Тебе сколько лет?

— Пятнадцать, — быстро соврала Мина. Ей ещё не исполнилось и четырнадцати, но малолетку на корабль могли и не взять.

— Рановато помирать-та, — нахмурился волосатый. — Ну да, видать, судьба такая, что поделать.

Мина не нашлась с ответом.

— Макала, — сказал старик. — Боцман. Отвечаю за порядок. А ежели увижу, как кто отлынивает от работы, — мигом за борт, разговор короткий.

Мина хихикнула, но Макала даже не улыбнулся. Неужели не шутит? Ещё Мина хотела спросить, как же он следит одним-то глазом, но прикусила язык, решив, что такой вопрос прозвучит невежливо. А она всё-таки профессионал.

Она теперь механик. Вроде того.

— Спальник тебе вот полагается. Кубрик внизу, под палубой, — ложись в свободный гамак, да и всех делов. Как взлетим, можешь передохнуть чуток, но к смене чтобы была на палубе. Пересменок в полдень. Усекла?

Мина заверила, что да, усекла. Она и не предполагала, что порядки на корабле окажутся мягче, чем в приюте. Честно говоря, её обрадовало, что есть хоть какие-то правила, — понятно, куда идти, что дальше делать. Чем она будет заниматься в свою смену и кто станет давать ей задания, пока неизвестно, но и это рано или поздно выяснится.

— Господин Макала, а когда отлёт? — спросила Мина с трепещущим сердцем. Макала задрал голову наверх, вдохнул воздух, пожевал губу и сказал:

— Да щас уже и полетим, считай.

Тут над палубой разнеслось:

— Убрать трап!

И так оживлённая палуба наполнилась окриками и топотом. Макала заковылял куда-то в сторону, два бодрых аэростьера занялись трапом, по которому за мгновение до этого на корабль поднялся великан Смут. Вид у него был воинственный. Он открыл рот и заорал:

— Всем приготовиться! Вы что, не слышали приказа, бездельники?!

Мина покрепче обняла пыльный свёрток и отошла к фальшборту, в тень мачты. Если она чему-то и научилась в переполненном приюте, так это тому, что лучше не торчать посреди дороги.

Суета закончилась как по команде. Вернее, именно что по команде. Над кораблём пронеслось:

— Отдать швартовы. Взлетаем.

— Хой-хэ! — нестройным хором ответила вся палуба.

Двигатели заурчали, турбины завыли, раздалось страшное шипение, и Мина почувствовала, как корабль поднимается в воздух. Она сразу поняла, что никогда не забудет это мгновение — тело вдруг словно стало легче, и голова закружилась. Пришлось ухватиться рукой за перила, чтобы не упасть. Огни порта постепенно удалялись, тонули в предрассветном тумане. Где-то там внизу оставались Пия, Лаланда, Главная хозяюшка, аккуратно застеленная кровать. Оставались и становились всё меньше, меньше, меньше, пока совсем не исчезли.

И только тут Мина поняла, что она натворила.

— Ой, — прошептала она, — ой-ой-ой.

Мина изо всех сил прижала к себе спальник, а другой рукой сжала перила так сильно, что побелели костяшки.

Корабль затрясло. Мину обдало волной холода. По округлым бокам «Робура» струились нежные белые облака, мачты прорезали серое облачное брюхо, вой турбин усилился, и корабль вдруг вынырнул на поверхность белоснежного пушистого моря. Всё вокруг заливал янтарно-золотистый солнечный свет — здесь, наверху, было уже совсем светло. Прекрасно. И ужасно холодно.

Над палубой разносились короткие приказы, люди продолжали носиться по своим делам: кто-то сворачивал швартовы, кто-то вязал узлы и крепил такелаж. Корабль маневрировал на двигателях, но, чтобы выйти на заданную скорость, требовались паруса — вот и настало время их разворачивать.

МИина глазела по сторонам — всё-таки она впервые оказалась в полёте. Рассветные лучи омывали силуэты кораблей — ближние казались громадными, дальние были крошечными, не больше птиц. Птиц Мина тоже видела — целые стаи кружили среди мачт и следовали в фарватере.

Из книг Мина знала, что эти птицы — дальние потомки других птиц, тех, что жили в самых нижних слоях атмосферы тысячи лет тому назад. В те времена, когда воздух внизу был таким же чистым, как наверху, и люди проживали по всей земной поверхности. В учебниках сохранились изображения мира прошлого, и Мина любила их разглядывать. Часами могла изучать карты лесов и равнин, любоваться картинками, на которых изображены моря и озёра. Просто невозможно вообразить столько воды разом!

© Козлова Вика, 2026
© Авилова А. А., иллюстрации, 2026
© Издание. Оформление. ООО «Поляндрия Принт», 2026