наверх

О стихах с горчицей и о ёлке, которая пароход, о слоне в музее и о слоне в клеточку, о детях больших и маленьких, а также о взрослых и детских вопросах жизни.

 
Новые книги мая 2015
31 мая 2015

В мае, пока не наступило летнее затишье, издатели спешили напоследок перещеголять друг друга в оригинальности и разнообразии книжного ассортимента.

Петербургская «Поляндрия» специализируется в основном на ещё не выходивших в России произведениях зарубежных авторов. Целевая аудитория издательства — малыши, дети старшего дошкольного и младшего школьного возраста. Вот три книги «Поляндрии» — по одной для каждой возрастной категории.

Брайт, Р. Давай дружить! — СПб., 2015. — [31] c. : ил.

brayt-glioriУ этой книжки-картинки два автора: сказку в стихах написала Рэйчел Брайт, а Деби Глиори дополнила поэтические строчки рисунками. Однако Глиори тоже умеет сочинять. Нашим малышам уже знакомы её книги «Непогода» и «Что бы ни случилось», также изданные «Поляндрией». Их Глиори сделала сама от начала и до конца: придумала историю, изложила её в рифму и проиллюстрировала замечательными акварелями. Для совместной с Брайт книги Деби Глиори нарисовала целый мир — с точки зрения «одной очень доброй мышки-малышки». Мышка потерялась в огромном лесу, и было ей страшно и одиноко. Но «даже в диком лесу голос маленькой мыши непременно когда-нибудь кто-то услышит»!

Книги Глиори хорошо воспринимаются малышами, ведь она не только писатель и художник, но и мама пятерых детей. Она знает, как разговаривать с ребёнком, который испугался ночной грозы или вдруг засомневался, что его любят.

С английского «Давай дружить!» перевёл Борис Далматов.

 

Краузе, У. Минус Три мечтает о домашнем животном. — СПб., 2015. — 70 с. : ил.

krauze-uХарактерной чертой творчества известной немецкой писательницы и художницы Уте Краузе является юмор, к которому примешивается изрядная доля иронии. Впрочем, всё получается мягко, без эпатажа, ведь Краузе работает для детей. Её рисунки мы уже видели в сказочных повестях Пауля Маара о господине Белло, теперь перед нами книга, которую Краузе сама и написала, и проиллюстрировала.

Цикл о динозаврике по имени Минус Три на сегодняшний день состоит из четырёх книг. В первой, изданной «Поляндрией», Минус Три изо всех сил доказывает родителям, что способен заботиться о домашнем любимце, и получает в подарок… первобытную девочку! Причём как раз тогда, когда решил, что любимцы — это слишком дорого и хлопотно. Во второй книге Минус Три будет учить Люси хорошим манерам (не щебетать, как птица, и не завывать, как ураган), в третьей — пойдёт в школу сам, и теперь уже Люси поможет ему с арифметикой (в своей собственной неподражаемой манере), а в четвёртой — устроит вечеринку.

У «Поляндрии» получилась очень симпатичная книжка: небольшой формат, белая плотная бумага, хорошая печать. Шрифт довольно мелкий, поскольку книгу детям будут читать родители. Рекомендуемый издателем возраст — от четырёх до шести лет.

Первую историю про динозавра по имени Минус Три перевела Полина Волкова.

 

Эдвардс, Д. Моя озорная сестрёнка. — СПб., 2015. — 178 c. : ил.

edvards-dАнгличанке Дороти Эдвардс было всего двадцать, когда были опубликованы её первые стихи. Позже она попробовала писать прозу — рассказы на основе «колдовских» фольклорных сюжетов. Магия и призраки имели успех, но классиком английской детской литературы писательницу сделали истории о маленькой непослушной девочке. Эдвардс придумывала их, что называется, на ходу, чтобы развлекать свою непоседливую дочь. Историй набралось на пять книг, которые переведены на все основные языки мира и регулярно переиздаются.

В нашей стране нахальная, трогательная и смешная героиня Дороти Эдвардс появилась в 1981 году. Тогда московское отделение «Детской литературы» выпустило книгу под названием «Шалунья-сестричка» с иллюстрациями Эдуарда Гороховского. Четырнадцать вошедших в неё историй пересказала Наталья Темчина.

«Поляндрия» не повторяет «детлитовскую» книгу, хотя восемь сюжетов из пятнадцати нам уже знакомы. Сегодня нам предлагается перевод Валентины Кулагиной-Ярцевой. Однако не в последнюю очередь «Моя озорная сестрёнка» заслуживает внимания потому, что проиллюстрирована знаменитой Ширли Хьюз, чьи рисунки к рассказам Эдвардс считаются лучшими. Они передают и чувства героев, и атмосферу, и особый колорит Англии середины ХХ века.

«Моя озорная сестрёнка» — это воспоминания взрослой женщины о своём беспокойном детстве, проведённом рядом с горячо любимой упрямицей и непоседой. Обращаясь к детям лет пяти-семи, писательница использует самые простые слова и короткие фразы, а предлагаемые ею выходы из сложных ситуаций, создаваемых непослушной малышкой, психологически достоверны и понятны любому ребёнку. Крупный, чёткий шрифт делает «…Озорную сестрёнку» отличной книгой для первого самостоятельного чтения.

Стоит добавить, что Ширли Хьюз не только иллюстрирует чужие произведения, но и пишет сама. С Хьюз-писательницей нас тоже познакомила «Поляндрия», которая в начале 2015 года выпустила «Дикси О’Дэй. На всех скоростях» (любопытная деталь: художник «Дикси…» Клара Вальями — дочь Ширли Хьюз). Это первое издание Хьюз на русском языке. А вообще она написала и проиллюстрировала более двухсот книжек. За заслуги в области детской литературы Хьюз награждена Орденом Британской империи, а за прекрасные рисунки дважды удостаивалась медали имени Кейт Гринуэй — награды, которую ежегодно присуждают лучшему британскому художнику детской книги.

 

Петербургской редакцией издательства «Речь» выпущены очередные книги серий «Вот как это было» и «Ребята с нашего двора».

Голицын, С. Сорок изыскателей. — СПб. ; М., 2015. — 239 с. : ил. — (Вот как это было).

Голицын, С. Тайна старого Радуля. — СПб. ; М., 2015. — 239 с. : ил. — (Вот как это было).

  • golitsyn-s
     
  • golitsyn-s2

Главной книгой своей жизни Сергей Михайлович Голицын считал «Записки уцелевшего» — «рассказ-историю нескольких, родственных между собой дворянских семей, историю одного мальчика, потом ставшего юношей, потом взрослым человеком». Этим мальчиком-юношей-взрослым был он сам, представитель знаменитого княжеского рода. Голицыны, оставшиеся в России, стали жертвами революционного террора, дальнейшие репрессии тоже не обошли их стороной. На этом фоне скудный быт и невозможность дать детям хорошее образование казались пустяками, а желание Сергея стать писателем — дерзкой и несбыточной мечтой. И всё же он стал им (см.: Календарь).

Первой книгой Голицына официально считается научно-популярная «Хочу быть топографом», увидевшая свет в 1936 году. Написана она была старательно, но, что называется, без души, так что сам автор старался не вспоминать о ней лишний раз. Следующие книги получились не в пример удачнее; «Сорок изыскателей» (1959) и «Тайна старого Радуля» (1972) — из их числа.

Издательство «Речь» не случайно выпустило эти книги одновременно. Их объединяет идея, настроение, некоторая доля авантюрности и изрядная — автобиографичности. Место действия обеих книг Голицын «списал» со старинного села Любец Владимирской области, в котором жил каждое лето, начиная с 1960 года, а в образах примкнувшего к изыскателям врача-отпускника и писателя, искавшего вдохновения в тихом и зелёном Радуле, вывел самого себя.

«Речь» вернула нам первые издания детективно-краеведческих повестей Голицына, несколько увеличив шрифт и, соответственно, формат книг. Изначальные чёрно-белые иллюстрации — Станислава Забалуева в «Сорока изыскателях» и Анатолия Иткина в «Тайне старого Радуля» — от этого только выиграли, будучи напечатанными на плотной белой бумаге средствами современной полиграфии.

 

Новые «поступления» в серию «Ребята с нашего двора» — сборники рассказов прекрасных детских писателей. Они тоже составили замечательную пару: тонкий, лиричный до нежности Александр Гиневский и задиристый Юрий Третьяков. В их произведениях нет захватывающих дух приключений, а герои не упражняются в блистательном остроумии. Но оторваться от книжек невозможно, потому что на их страницах творится необычайно важное — счастливое детство.

Гиневский, А. Везучий Борька. — СПб. ; М., 2015. — 255 с. : ил. — (Ребята с нашего двора).

ginevskiy-aПрежде чем стать писателем и поэтом, Александр Михайлович Гиневский был токарем, наладчиком разных автоматов и приборов, радистом, бетонщиком на стройке и осветителем в Мариинском театре. Сочинял ещё в школе, и это были очень «взрослые» стихи. В конце 1960-х вдруг начал писать для детей. Как и почему произошёл этот «перекос», Александр Михайлович не понял до сих пор, но однажды всё-таки проанализировал свои детские книги и пришёл к некоторым выводам.

«Всё, что я делаю для детей,писал он, — в первую очередь моя защитная реакция на “негативные стороны жизни”, а уж во вторую — попытки “помочь ребёнку”. То есть это нужно прежде всего мне самому, чтобы выживать в этом мире». И дальше: «Мне очень дороги ребячьи фантазии и озорство. Они непосредственно и активно выражают поиски света и радости — творческое освоение бытия». Свою «непохожесть» на других детских писателей Гиневский обосновал достаточно подробно: «Не могу обойтись без того, чтобы рядом с ребёнком не показать взрослого. Прежде всего, конечно, родителей. Для меня очень важно это взаимопроникновение и взаимообогащение двух миров: мира взрослого и мира ребёнка. Когда я вдруг вижу, что изобразил взрослого в глазах ребёнка существом, достойным уважения и дружеских откровений, я воспринимаю это как удачу. Думаю, что это и есть “моя территория”, моё основное отличие от других авторов».

Ещё одну важную особенность писателя Гиневского отметил художник Михаил Бычков, сделавший вместе с Александром Михайловичем пять книг: «Каждое его слово будто лежит на ладошке. Ясная, чистая, живая речь. <…> Понятный, знакомый мир. И при этом — мир <…> где чёрствость и равнодушие преодолеваются любовью, добротой и юмором».

Тем, кого интересует, как он пишет книги, Гиневский советует прочитать рассказ «Лентяйское сочинение»: «В нём “специфика писательского труда” представлена со всеми потрохами».

Книга «Речи» — это два сборника под одной обложкой. Оба выходили прежде: «Везучий Борька» в 1985 году, «Летний дождик в декабре» — в 1987-м. Для нового издания «Александр Гиневский написал новые тексты, Михаил Бычков сделал новый <…> макет».

 

Третьяков, Ю. Жук и геометрия. — СПб. ; М., 2015. — 208 с. : ил. — (Ребята с нашего двора).

tretyakov-yuЭто первая книга Юрия Третьякова. Она вышла в Воронеже в 1953 году с иллюстрациями Спартака Калачёва. Писателю тогда было двадцать два года, художнику — двадцать три. У молодых, весёлых, энергичных авторов и книга получилась такая же — бойкая и живая.

Герои книги — мальчишки, которые, вопреки распространённому мнению, не ищут приключений. Наоборот, приключения находят их сами. В докомпьютерную эру такое случалось сплошь и рядом. Стоит выйти из дома — и готово. А если ты не трус и не девчонка, то и не отвертишься. Да и стараются герои Третьякова не для себя. Можно было бы не заметить жука, загадочным образом очутившегося в парте, но тогда одноклассник так и будет бояться усатых-многоногих. И нужно помочь новенькому освоиться в классе. А мамина швейная машинка? Зачем ей зарастать пылью в углу, когда она может превратиться в нужнейшую в хозяйстве вещь — ножеточку? А ещё надо развлечь скучающего в одиночестве поросёнка, починить соседке радио, изобрести «глубокоподводный» скафандр и очистить дно речки, а то нырять с моста совершенно невозможно…

Ранние рассказы Третьякова выпущены «Речью» после самых известных его книг, и, сравнив их, можно сказать с уверенностью: «Жук и геометрия» ничуть не хуже.

Книжка, как это принято в серии «Ребята с нашего двора», имеет крепкую обложку, тканевый корешок и прошитый блок.

 

Ещё две книги вышли в издательстве «Самокат». Одна (для подростков) продолжила популярную серию «Для тех, кому за 10».

В своё время эта серия прославила издательство «ЖУК». По замыслу Юрия Нечипоренко, автора и куратора проекта, в серии должны были публиковаться современные авторы, которые хорошим литературным языком пишут непридуманные истории о детстве. Эти истории принимали самые разные формы — повестей, рассказов, стихов, воспоминаний. Печатались и сказки, и каким-то удивительным образом они не были выдумками. Решительно отказавшись от «“расизма” по возрасту, всякого “взрослизма”» (потому что хороший писатель может рассказать о самых сложных вещах и переживаниях так, что ребёнок поймёт) и предлагая «лекарство от сухости» тем взрослым, которые подзабыли собственное детство, серия обрела широкую и верную читательскую аудиторию. После закрытия «ЖУКа» (в середине 2014 года) за публикацию достойных «переводов с взрослого на детский» принялся «Самокат».

Переляев, С. Индийское кино. — М., 2015. — 143 с. : ил. — (Для тех, кому за 10).

perelyayev-sВ издательской аннотации сказано, что герою Сергея Переляева одиннадцать лет. Но так было не всегда и будет не вечно. Одиннадцать — это тот рубеж, с которого герой окидывает мысленным взором минувшее (в три года — велосипед «Бабочка», кот — в четыре, думы о женитьбе в пять лет, попытки выяснить, чем «Дон Кихот» отличается от «Тихого Дона», — в восемь…) и представляет свою дальнейшую жизнь. Вплоть до самого смертного часа. Тогда он выпьет с внуками и правнуками чаю за свой счастливый полёт, и душа его воспарит в небеса, прямо к престолу Всевышнего. «Так, — скажет Господь, — попусту не мешайся. Бери тряпку и пыль вытирай, как все».

Персонажи рассказов Переляева — это он сам, его родственники, друзья и соседи. «Я почти ничего не придумывал», — говорит автор. Да и зачем что-то выдумывать, когда мир только кажется простым, а люди — все, даже приятель с незамысловатым чувством юмора — такие же загадочные и непостижимые, как любимое главным героем индийское кино (см.: Литературный салон: Сергей Переляев. Мы с Владиком, родные и друзья: главы из повести).

Написавшая к «Индийскому кино» предисловие Марина Москвина заметила, что «в литературе такие весёлые, сюжетные, яркие и одновременно “жизненные” рассказы — высший пилотаж». Читая повесть Сергея Переляева, мы словно совершаем путешествие в детство, каждый в своё. А сопровождают нас в этом путешествии «картинки» Екатерины Головановой.

 

Вторая книга «Самоката» — внесерийная. Её тоже можно назвать путешествием в детство, однако это путешествие имеет отчётливый исторический «привкус».

Вамба. Дневник Джанни Урагани. — М., 2015. — 351 с. : ил.

vamba«Вы никогда не задумывались, что произошло с Пиноккио, когда тот из деревянной куклы превратился в живого мальчика?» — спрашивает автор предисловия Ольга Гуревич. Очень правильный вопрос. Мы читали сказку К.Коллоди и помним, что Пиноккио стал прекрасным, благонравным ребёнком. Но насколько убедительна такая метаморфоза? И, что ещё важнее, устраивает ли она читателей? Не взрослых, а детей? Неизвестно, задавался ли таким вопросом Луиджи Бертелли, работавший под псевдонимом Вамба, но его героя нередко сравнивают с Пиноккио — каким он был, пока не перевоспитался.

Девятилетний Джаннино получил прозвище Урагани не столько за неугомонность, сколько за разрушительные последствия своих «поисков и происков». Единственный мальчик и самый младший ребёнок в семье, Джаннино одинок: дома играть не с кем, а с другом он видится редко. И тогда он начинает вмешиваться в дела взрослых.

В мире взрослых всё не так. Говоря одно, они делают другое, требуют от детей честности, а сами врут на каждом шагу. Простодушие и наивная категоричность Джанни принесли его семье столько неприятностей, что отец решил отправить сына в исправительный дом.

События, описанные в книге, занимают всего пять месяцев, с 20 сентября 1905 года по 2 марта 1906-го. Этого времени автору хватило, чтобы превратить забавные мальчишечьи проделки в сатиру на современное ему итальянское общество, причём сатиру довольно-таки взрослую. Очень заметна политическая составляющая, а в конце книги автор, взявшийся публиковать «мемуары» Джанни Урагани, и вовсе считает своим долгом «дорассказать историю с предвыборной кампанией, оборвавшейся на самом интересном месте… или на самом ужасном месте, в зависимости от политических взглядов моих маленьких читателей».

Бертелли не зря выбрал себе псевдоним Вамба. Так звали шута Седрика Саксонского из романа «Айвенго», а шуты, как известно, могли говорить о том, что другим не дозволено. Послание Бертели-Вамбы полностью понятно взрослым, а дети возьмут из него веселье, непринуждённость и безрассудную смелость главного героя, бросающегося из одной авантюры в другую. В силу вышеназванных обстоятельств «Дневник…» лучше читать родителям вместе с ребёнком. Пользы и удовольствия будет больше для всех.

Одну из самых любимых книг итальянской детворы на русский язык перевела Ксения Тименчик. Немногочисленные чёрно-белые иллюстрации принадлежат автору — Луиджи Бертелли.

 

Роман, изданный питерской «Азбукой», потребует от читателя гораздо более серьёзных размышлений, ведь Дэвид Алмонд пишет о том, что «бередит душу» человеку лет двенадцати-тринадцати, и задаёт вопросы, на которые взрослые не знают ответа.

Алмонд, Д. Глина. — СПб., 2015. — 237 с. : ил. — (Почти взрослые книги).

almond-dДэвид Алмонд (правильнее Амонд — «совсем как “миндальный орех”») — известнейший английский писатель, обладатель многих престижных наград в области детской литературы, в том числе Международной Золотой Медали имени Ханса Кристиана Андерсена. «Малую Нобелевку», как часто называют эту премию, Алмонд получил в 2010 году. Первой детской книгой Алмонда стал роман «Скеллиг», вышедший на родине автора в 1998 году, а у нас — в 2004-м (сейчас он переиздан в серии «Почти взрослые книги»). Роман выдержан в жанре магического реализма, как и все последующие произведения для подростков. Возможно, готовность замечать чудесное в повседневной жизни — следствие католического воспитания, полученного Алмондом в детстве.

«Глина» — это слияние памяти и воображения, правды и выдумки. Небольшие городки — их на свете немало. Мальчики из хороших семей, прислуживающие священнику у алтаря и жестоко дерущиеся со сверстниками из соседнего города — бывает. И подростки с необычайным художественным даром встречаются не так редко, как принято думать. Воровство из церкви вина и хлеба — тела и крови Господних — тоже случается. Но оживший глиняный истукан с его безмолвным «Я здесь, повелитель. Отдай мне приказание» — это сон, небыль.

Или спасательный круг, который автор бросает испуганному, запутавшемуся герою — и читателю, не желающему искать собственных объяснений.

«Я хотел поверить в то, что жизнь может войти в тебя, так же как она выходит из мёртвых. Я хотел поверить, что прах к праху может означать “из смерти в жизнь”, так же как оно означает “из жизни в смерть”», — говорит тринадцатилетний Дейви, пытаясь растолковать глиняному Кому то, чего не понимает сам, что выше его понимания.

Алмонд говорит о том, что страсть человека к созиданию идёт рука об руку со страстью к уничтожению. Что художественное творчество — это акт созидания, нередко балансирующий на грани безумия и зла. И что создатель всегда отвечает за своё творение, даже если в процесс вмешалось нечто сверхъестественное. А чудеса… Что ж, они случаются, и никто не говорил, что они обязаны быть добрыми.

«Глину», как и вышедший перед ней роман Д.Алмонда «Огнеглотатели», перевела с английского Александра Глебовская, лауреат Литературной премии имени А.Беляева за 2003 год. Иллюстраций, кроме как на обложке, в книге нет, да в сущности, они и не нужны.

 

Из познавательной литературы привлекают внимание книги С.Касты, в частности, благодаря интересному оформлению.

Московская «Белая ворона» (она же «Albus corvus») очень активно издаёт детскую книгу Скандинавии. К примеру, в прошлом году она выпустила сказочную повесть Т.Эгнера «Люди и разбойники из Кардамона» — хорошо известную нашим читателям, однако с невиданными до сей поры иллюстрациями (см. Коротко: Новые книги июля 2014). Очередные новинки — тоже скандинавские, из Швеции. Они особенно актуальны в преддверии наступающего лета.

Каста, С. Софи в мире цветов. — М., 2015. — 48 с. : ил.

Каста, С. Софи в мире деревьев. — М., 2015. — 48 с. : ил.

  • kasta-s1
     
  • kasta-s2

Софи — исследователь, и очень хороший: как и все муравьи, она умна, смела, любопытна и дисциплинированна. Получив задание узнать, как устроены и как живут цветы, Софи тщательно подготовилась к экспедиции: прочитала кучу книг, нарисовала карту местности, по которой проляжет её путь, придумала условные обозначения для самых важных сведений. Кроме того, Софи составила список вещей, необходимых учёному для плодотворной работы: лупа, бинокль, блокнот, бутерброд… Экспедиция завершилась успешно, и Софи щедро делится с читателями удивительными фактами из жизни цветов. А вот чтобы рассказать о деревьях, исследование не потребуется: муравьишка давным-давно выведала все их секреты, потому что очень любит лазать по стволам и веткам. Во второй книге Софи — не исследователь, а проводник по миру деревьев.

Обе книги устроены одинаково и представляют собой удачное сочетание путеводителя, атласа-определителя, словаря-справочника и рабочей тетради по природоведению. Описания растений короткие и простые, но упоминания о животных и грибах, обитающих по соседству, друзьях и врагах из мира насекомых, помогают маленькому читателю понять взаимосвязь и взаимозависимость всего живого. Сообщения о том, что из осины делают спички, а из бука — мебель и палочки для эскимо, включают в эту всемирную систему и человека.

При всей серьёзности (в конце каждой книги есть даже списки изученных в ходе экспедиций растений и животных с указанием их латинских названий) «миры Софи» вовсе не скучные. Здесь птичка присматривается к червячку, там бабочка танцует над цветком, а вот и сама Софи, как крошечный барон Мюнхгаузен, мчится вдаль на семечке «стреляющей» лесной герани…

Муравьишку Софи придумал шведский писатель Стефан Каста. Мы знаем его по книгам для подростков, выходивших в издательстве «КомпасГид», а также по обманчиво простой сказочке «Какого цвета Мистер Лис?». Иллюстрации Бу Мосберга в русскоязычных книгах мы видим впервые, а ведь он — признанный мастер ботанического рисунка.

О вдумчивом естествоиспытателе из муравьиного племени Каста написал пять книг. Благодаря «Белой вороне» и переводчику Ирине Матыциной две мы уже прочли и рассмотрели. Теперь надеемся на книги о грибах и бабочках.

 

Московский «Махаон» начал выпуск познавательных изданий не самой распространённой у нас конструкции — книжек-гармошек.

Окслейд, К. Самолёты, поезда и автомобили. — М., 2015. — [19] с. : ил. — (История изобретений).

Сли, Н. Платья, шляпки и туфельки. — М., 2015. — [17] с. : ил. — (История изобретений).

  • lemanski-m2
     
  • sli-n

Книги имеют подзаголовки «История современного транспорта в 100 рисунках» и «История современной моды в 100 рисунках» соответственно. В сущности, этим всё сказано. Развернув книгу, читатель получит не просто широкую полосу из тонкого картона, сплошь покрытого детально проработанными цветными рисунками. Перед ним — настоящая лента времени, по которому можно путешествовать в любом направлении: вперёд и назад, вверх и вниз, справа налево и слева направо, ориентируясь на указанные даты. «Изнанка времени» тоже доступна: на обороте ленты напечатаны схематичные изображения тех же дирижаблей, яхт, мотоциклов, космических кораблей (или сумочек, плащей, шляп и туфель на платформе). Их сопровождают краткие описания особых качеств, благодаря которым та или иная модель признана уникальной.

Сложенная гармошкой лента вклеена в папку, на внутренней стороне и клапане — текст, представляющий разные этапы развития техники и индустрии красоты, а если шире — материальной культуры человечества.

«Махаон» не указывает, для какого возраста предназначены его издания. Приняв во внимание мелкий шрифт и временами довольно сложную терминологию, можно назвать «Самолёты…» и «Платья…» книгами для семейного чтения.

Осталось сказать, что «Самолёты, поезда и автомобили» написал Крис Окслейд, нарисовал Майк Лемански, а с английского перевёл Андрей Гришин. О «Платьях, шляпках и туфельках» рассказала Наташа Сли, рисунки в этой книге принадлежат Санне Мандер, перевод — Марьяне Скуратовской.

 

Издательство «Арт Волхонка» пополнило новой книгой свою серию «Про…». В отличие от первых двух — «Город от А до Я» Варвары Мухиной и «Крестьянские хоромы» Елены Заручевской — «Детство на кораблях» Елены Борисовой посвящено одному из самых трагических периодов нашей истории — Гражданской войне и эмиграции. И если прежде отправной точкой исторического путешествия служили памятники архитектуры, то теперь ею стала драматическая судьба Русской эскадры.

Борисова, Е. Детство на кораблях. — М., 2015. — 87 с. : ил. — (Про…).

borisova-eРусской эскадрой назвали группу военных кораблей Российского Императорского флота и мобилизованных пассажирских и грузовых пароходов, вывозивших из Крыма остатки разбитых Красной Армией войск генерала Врангеля. К военным присоединились многие тысячи гражданского населения, не пожелавшие принять власть большевиков. В начале декабря 1920 года Эскадра покинула Севастополь, а в феврале 1921-го тридцать три русских корабля вошли в порт тунисского города Бизерты.

Многие моряки надеялись, что скоро вернутся: отвезут свои семьи и гражданских подальше от войны, отремонтируют повреждённые корабли — в составе Эскадры был плавучий завод — и обратно. Но оказалось, что они ушли навсегда. Бухта Бизерты стала последней стоянкой Эскадры, а её корабли — островком прежней России. Офицеры и матросы несли службу как положено, кадеты Морского корпуса продолжали учёбу. А вот у детей, когда для семей моряков устроили плавучее поселение на старом броненосце, началась новая, «фантастическая жизнь». Гулкие железные коридоры, крутые трапы и «запутанные металлические помещения» стали местом игр и «запретных похождений», о которых взрослые даже не догадывались.

В основу «Детства на кораблях» легли воспоминания дочерей морских офицеров, подружек Анастасии Манштейн и Валентины Рыковой. Их глазами читатель увидит зарево пожаров над Севастополем и набережную Бизерты; вместе с девочками посидит за импровизированной партой в адмиральской каюте, ставшей школьным классом; в компании старших ребят будет выслеживать в трюмах призрак убитого священника и поднимется на самый верх дымовой трубы…

«Детство…» нелинейно и многослойно. Воспоминания о корабельных приключениях невозможны без упоминания о родителях, а рассказ о семье перебрасывает мостик к совсем уж дальним берегам, и история рода незаметно становится историей русского флота, историей России. Исторический контекст обогащают главы «Навигацкая школа», «Андреевский флаг», «О времени» и другие. «Словарь терминов», поясняющий не только «морские» слова, даёт представление о специфической жизни русских бизертинцев. Выдержки из дневников повзрослевших детей Эскадры и рассказ о том, как сложились их судьбы, приближают давние события вплотную к нашим дням.

В «Детстве…» очень много иллюстраций — фотографий дореволюционных и сделанных на кораблях Эскадры, рисунков по памяти. Художники «Арт Волхонки» тоже немало постарались, чтобы в книге отчётливо зазвучали голоса истории и моря.

Лариса Четверикова

Сохранить

О настоящем времени и Древнем Риме, о летающем мышонке и собаках — покорителях космоса, о профессиях и умелом человеке, о тайнах Солнца и драмах войны.