Отчего печаль вдруг оборачивается надеждой, и слова горечи становятся словами утешения?

Детство художника Н. В. Кузьмина прошло в городке Сердобске…

Книга так же необычна, как необычна сама Япония. В то же время здесь есть что-то родное нам.

У Лема нет радостного ощущения детства, хотя герой книги растет в благополучной семье.

Эти сочинения Астрид Линдгрен переиздаются у нас не так часто, как «Малыш и Карлсон» или «Пеппи Длинныйчулок».

В квартире Луговских на Волхонке боготворили живопись, поэзию и музыку. Не случайно старший брат Татьяны Владимир стал известным поэтом.

Трогательная история подкидыша.

Первая часть автобиографической трилогии австралийского писателя Алана Маршалла.

Лирические воспоминания о детстве Ференца Молнара оказались «книгой на всю жизнь» для нескольких поколений венгерских читателей.

О некогда популярной книге забыли на несколько десятилетий и вспомнили лишь недавно.

«Слава моего отца» (о том, как папа поймал огромную рыбу) и «Замок моей матери» (как в красавицу-маму влюбился хозяин замка).

Старшие Люверсы внимание детям уделяли, но «как-то невпопад, со стороны»…

П. Антокольский: «Рядом с детьми живут в рассказах Платонова противопоставленные им и в то же время родственные детям старики и старухи».

Он чувствовал себя обитателем некоего мира, где реальная природа тесно переплеталась со сказкой.

«Папа, папа, у меня болит ухо! Скорее расскажи, как ты был маленьким!»